Автор
В комнате полыхают пламенящиеся огоньки от компьютера, создавая непостижимую мистическую атмосферу. Егеря, с его нечеловеческой суровостью и злобным смехом, теперь кажется даже умирающим стариком в кресле — это лишь начало тревожного приключений.
К домику приходили пару раз лисички, Эва пыталась их прикормить и пищала при этом от восторга.
В деревне неподалеку, куда мы ходили несколько раз в неделю, продавали за копейки свежий хлеб и молоко прямо с утренней дойки. А еще — нежные сливки и мед.
Мы приходили домой, оставляли это все в холоде, заваливались на широкий диван, или не менее широкую кровать, и сладко, подолгу занимались сексом. Расслабленно, как два влюбленных придурка, только-только познающих друг друга.
Эва рассказывала что-то из счастливого детства, когда родители еще были вместе и ездили всей семьей на море…
Я смешил ее разными случаями из моей богатой на всякий бред биографии.
Мы не разговаривали ни о чем серьезном больше, никаких планов не строили. Я уже давно все про себя решил и был уверен, что Эва тоже все понимает…
Доверчивый идиот, чего уж.
Моя Эвита, мой ангелочек с характером чертенка, умеет устраивать сюрпризы.
Особенно, когда ничего не предвещает.
Тем утром я решаю сходить в лес, в прошлый раз мы видели там лесную землянику, даже набрали немного, и я кормил Эву с ладони теплыми от солнца, душистыми ягодами. А потом целовал мягкие пухлые, пахнущие счастьем и летом, губы, до одурения целовал, до головокружения…
Решаю, что надо бы устроить сюрприз своей Эвите, на завтрак будет вкусная лесная земляника с прохладным вчерашним молоком и хрустящим хлебом.
Вернувшись, не сразу понимаю, что что-то не так. Вожусь на кухне, сервирую, блять, завтрак… Дебила кусок.
Не застав Эву наверху, ищу ее по всему дому, сначала воспринимая это больше как игру, как шутку… Которая перестает быть шуткой, когда обнаруживаю отсутствие машины…
Это настолько неожиданно и дико, что меня буквально расплющивает, обухом по башке фигачит. Сижу пару минут, осознавая произошедшее, не понимая…
Потом, конечно, принимаюсь действовать.
На автомате, если что, даже не злясь — больше охеревая.
Что такое произошло, что она свалила, даже не предупредив? Позвонил кто-то? Что-то узнала? Что-то с мелкой дракошей?
Телефон ее молчит, мертво просто, будя во мне, наконец-то, зверя.
Звоню Буру, он отвечает с первого раза, сухо говорит, что мелкая у него под боком, потом долго кашляет, поправляется, что на глазах, то есть, все с ней нормально, он пишет, занят и не пошел бы я нахер.
Никаких происшествий, достойных того, чтоб о них говорить, нет.
