Автор
Таша набирается сил, пальцы дрожат, когда мама объявляет: "Кто придет? Что происходит?" Плащ выглядит слишком дорого и красиво — как будто она собралась на нечто большее чем обычный прием. Страх переполняет ее кровь — кто это за ней приходит, так рано в дом?
Глава 43
Таша
— Все хорошо? — уточняю у Назара, бросив на него вопросительный взгляд.
— Да, конечно.
Большая часть дня пролетела незаметно, мы купили много всего — игрушки, мишуру, веселые гирлянды. На вечер остается главное — поставить елку и нарядить её.
Сейчас мы сидим в ресторане, голод совсем замучил. Но, кажется, голод замучил только меня, но не Назара."
"Зорин стойко держится на черном кофе без сахара.
В сравнении с ним я выгляжу обжорой, уминая салат и горячее.
У меня — судачки в керамическом горшке, томленые в сливках, и крошево из молодой зелени с грушей и сыром тофу.
— Всё-таки тебе нехорошо, может быть, стоило остаться в номере?
— Всё отлично. Просто сыт любовью, — выкручивается тиран, улыбнувшись.
Даже через сильное недомогание ему хватает сил найти в себе тепла и любви для меня. Охотно купаюсь в водопаде этих эмоций, наслаждаясь от всего сердца. Не спешу радовать его ответными признаниями, но чувствую то же самое. Понимаю, что Назару не терпится услышать от меня «люблю», но я стойко решила немножко помучить его.
Самую малость….
Может быть, он услышит те самые заветные слова этим вечером?
Может быть, завтра?
Для него и час промедления кажется пыткой, в каждом жесте читается нетерпение, острое желание обнять и зацеловать и не только зацеловать.
Я то и дело опускаю взгляд на его бедра, и замечаю, как Назар реагирует неизменно твердым и уверенным стояком даже на самые невинные мои касания.
Восторг и предвкушение переполняют меня.
Не знаю, сколько удастся продержаться.
Все чувства обострены.
Желание — на максимум.
Мне кажется, я не хотела Назара так сильно, как сейчас, даже когда меня опоили какой-то дрянью в клубе.
Тогда это было ненастоящее, вызванное дурманом наркотиков.
Сейчас каждая эмоция — искренняя, исходит из глубины моего тела, реагирующего на контакт с Зориным.
Разделавшись с основными блюдами, я раздумываю, стоит заказывать десерт или меня раздует, как бочку? Теперь придется следить за питанием более пристально и быть избирательной.
Ладно, съем немножко тирамису. Так уж и быть, последний вредный десерт в этом году. Можно сказать, что я праздную сразу два важных события — примирение с папой и воссоединение с Назаром.
— После этого десерта ты должна стать ещё слаще, — замечает Зорин.
— Проверишь, так ли это? — предлагаю, не подумав.
Взгляд Зорина темнеет, наливается желанием.
— Проверю. Ты доела?
— Почти.
— Тогда поехали.
