Автор
Таша набирается сил, пальцы дрожат, когда мама объявляет: "Кто придет? Что происходит?" Плащ выглядит слишком дорого и красиво — как будто она собралась на нечто большее чем обычный прием. Страх переполняет ее кровь — кто это за ней приходит, так рано в дом?
От вида любимых вещиц у меня чуть слюнки не побежали и пальцы начинают трястись, как у наркомана в ожидании дозы.
— Но вот беда…
Зорин снова прячет в пакет мои гаджеты.
— Дай.
— Я кое-что почитал на досуге, тянет лениво, перекатываясь с носка на пятку и обратно. — Видишь ли, они дают большую нагрузку на глаза и весь организм в целом. Вызывают сильное утомление и усталость. Но ты и без этих нагрузок чувствуешь себя неважно. Думаю, пусть они полежат до твоего полного выздоровления. Да?
Назар немного наклоняет корпус, будто исполняет ленивый шутовской поклон.
Позер! О, как он меня бесит!
Высокий, статный, темноволосый. Талия узкая, бедра длинные. Плечи широкие, но он не качок. Скорее, жилистый такой, поджарый, как бегун.
И он уходит. Уносит все то, чем я могла бы себя занять.
— Стой.
Он и не думает останавливаться.
— Стой, мне уже намного лучше.
Замирает возле двери, даже пальцами немного проворачивает ручке.
— Лучше? Всего лишь лучше…
Тянет дверь на себя.
Я вскакиваю с кровати, скрестив руки под грудью.
— Мне хорошо. Доволен? Я отлично себя чувствую!
Назар медленно разворачивается в мою сторону.
— То есть ты соврала, сказав, что тебе плохо.
— Нет, не соврала. Я просто не уточнила, от чего мне плохо. Плохо понимать, что ты мной воспользовался гнусно!
— Не соврала. Но не договорила.
Не пойму его эмоций. Он и недоволен мной, и немного улыбается.
Странный тип… Раздражающий.
— Значит, хочешь получить свои безделушки обратно?
Проглатываю тираду о том, насколько это важно.
— Да, очень хочу получить.
— Возьми, — предлагает. — Ужин и поцелуй, и они — твои.
Вот ещё.…
— А без этого никак? — спрашиваю с отвращением. — Без поцелуев!
— Увы. Никак.
— Твой план был другим. Обрюхатить меня. Вот и… выполняй поскорее! — предлагаю. — Я зажмурюсь и потерплю.
В ответ он сухо смеется.
— Успеешь залететь. Я вдруг вспомнил, что процесс зачатия весьма приятный, а с такой зажигательной штучкой, как ты, он может стать ещё и интересным.
Озабоченный извращенец!
Теперь он точно будет надо мной измываться пошло!
Краска бросается в лицо, телу жарко. Оно хорошо помнит эти измывательства, ага…. Такие измывательства, будто в трусах кто-то разводит костер.
Нужно смолчать. Просто согласиться. Просто потерпеть и не затягивать его в эту игру-охоту.
Но гнев и возмущение сегодня руководят моим языком.
