Автор
Таша набирается сил, пальцы дрожат, когда мама объявляет: "Кто придет? Что происходит?" Плащ выглядит слишком дорого и красиво — как будто она собралась на нечто большее чем обычный прием. Страх переполняет ее кровь — кто это за ней приходит, так рано в дом?
Внутри меня давным-давно склеп, и даже светлые воспоминания проносятся по моему склепу словно бесплотные тени — ни вкуса, ни запаха, ничего. Пустота.
Голова раскалывается.
Могла ли Лиза соврать?
Беру свою коробку с прошлым, там лежат наши фото и то самое колечко, кручу его между пальцев, курю на диване. Сдался желанию себя отравить ещё немного. Какая разница, что легкие тоже травятся, когда душа давно отравлена.
Я рассказал Таше все, она со слепой, святой верой в отца отринула мои слова.
Хотел бы я, чтобы в меня кто-то однажды поверил так же.
Закрываю глаза, открываю их. Картинка не меняется — такой же потолок, в сизых клубах дыма сигарет.
Пытаюсь провалиться в прошлое, падаю лишь в сухие даты и факты….
Я сделал Лизе предложение, она согласилась стать моей женой. Мы планировали пожениться осенью, как раз к тому времени я бы накопил на свадьбу.
В то время я был одержим идеей выбиться в люди, стать богатым. Я помню, как мы с Лизой мечтали, куда потратим свои миллионы. Миллионы, которых не было…
Как глупо.
Я работал на износ, отлучался часто. Мы виделись поздно вечером, все выходные я пропадал на работе. Лизе это не нравилось. Все чаще скандалили из-за этого. Она была не прочь сходить в ресторан, повеселиться, радовалась, когда мы выезжали на отдых. Но на все это нужны были деньги, а у меня не было богатых родителей или хороших связей. Приходилось пахать, как конь.
В тот роковой день мы планировали пойти на день рождения общих друзей.
Поссорились из-за этого в пух и прах. Лиза стянула кольцо и швырнула мне в лицо…
Я уехал, она осталась.
Обидных слов тогда мы наговорили друг другу очень много. Работы тоже было немало. Кстати, в той поездке я и познакомился с одним из своих будущих партнеров, с которым открыли первую фирму…
Все выходные мы друг с другом не разговаривали.
Дала знать о себе через три дня, но не хотела видеться, сказала, поживет у подруги.
Понемногу общение наладилось, увиделись, снова решила жить со мной. Но она изменилась, была подавленной, странно реагировала, могла начать плакать без причины или смеяться, жаловалась на постоянную головную боль.
