Вмиг заиграли краски: вдоль тропинки замерцали желтым следы маленького грызуна; в ветвях я уловила свечение, оставленное пробежавшей белкой; стрекот насекомых, едва уловимые взглядом фиолетовые огоньки, выдающие их укрытие. Такого раньше никогда не было. Неужели это ведьминская сила моя, почему же я никогда ее не ощущала
«Потому что жила в слепую, крутилась по кругу и не желала видеть этот мир в иных красках» — шепнул мне душа.
Повозки продвигались все дальше, и уже не было видно ни палаток, ни сушилки, ни беседок с тропинками.
— Знаешь, Малика, я бы сюда вернулась, — прошептала Рояна, — оказывается это так чудесно. Как ты думаешь, твой Жеан позволит мне приехать сюда на следующий год.
Ее слова отозвались в груди глухой болью
— Я не знаю, Рояна, я вовсе не уверена, что этот ведун станет моим.
— Надо же, — раздалось рядом, — а когда к нему в постель прыгала, что не сомневалась?
Девчонки пакостно заулыбались.
— Заткнись, — рыкнула Рояна, — и завидуй молча.
В повозке снова воцарилась тишина. Конечно, я знала, что теперь обо мне думают.
Раньше это бы сильно меня разозлило и обеспокоило, а теперь было все равно. Их мнение более значения не имело.
Проехав еще немного, мы услышали топот лошадей и ржание, из-за поворота выскочили несколько всадников. Жеана среди них не оказалось. Молодой маг, возглавляющий отряд, махнул рукой, и возница сбавил скорость.
— Мы расчистили дорогу, но все равно будьте осторожнее. Наши освобождают северный склон, по нему сегодня должны прибыть девушки с нашей группы.
То тут, то там попадаются деревья с расщелинами. Лучше особо не гоните."
"Обрисовав ситуацию, маги поспешили в лагерь. А я окончательно погрязла в своей тоске.
— Слышишь, лу Сионе, к твоему ведуну уже замена едет. Свежая партия доступных барышень и уверена к вечеру он страстно влюбится в одну из них.
— Ага, — пропела магичка, — и будет страстно любить всю неделю. Ну и дура ты, Малика, развели тебя на бесплатно погреть постель.
Молча, я проглотила все ими сказанное. Возразить может и стоило, но крыть было совсем нечем.
Как ни странно, всегда вспыльчивая Рояна только пакостно улыбнулась сплетницам в ответ. Вид у нее при этом был ну очень недобрый.
— Рояна, — позвала я, — ты о чем задумалась?
— Да вот решаю, в какой цвет лохмы языкастым перекрасить: в фиолетовый или зеленый, — задумчиво протянула она. — Я тут пока при смерти лежала, неплохо с нашей Амелией сдружилась. Зачетная ведьма оказалась. А она по части пакостей такой специалист, на себе проверяла.
