Автор
Лиза неторопливо шла по платформе, наслаждаясь ритмичным покоем электрички. Улыбка играла на её губах, напоминая о том, как долго она ждала этой встречи. Вздыхая с легкой радостью, Лиза возвращалась в любимый универ, где снова чувствовала себя частью дружеского сообщества студентов....
Сразу заметила кудрявую макушку, Смирнов хмуро смотрел себе в тарелку, о чём-то задумавшись.
Ромашова быстро отвернулась, пока он её не заметил. Сидит, живой себе, здоровый. Ну и пусть сидит. Если надо будет, сам подойдёт. Вот только нужно ли ей это, непонятно. Но поговорить в любом случае надо будет. Просто так тоже нельзя было оставлять эту ситуацию, как минимум это некрасиво.
Зал заполнял безостановочный гул многочисленных голосов и смеха.
Появилось дикое желание обернуться и посмотреть на стол Громова. Интересно, Максим заметил, что Лиза надела цепочку и носит её? Ведь, если это его рук дело, то он просто обязан был выдать себя. Не может же быть такого, что он сделал ей подарок и даже не посмотрит, красуется кулон у неё на шее или нет.
Интересно, конечно. С каких пор её волнует, что там заметит или не заметит Громов. Но вот видимо с этих самых пор. Любопытство настолько сильно пульсировало в висках, что в области грудной клетки нарастало волнение, словно безоблачное небо заволакивало тёмными тучами.
И становилось понятно, отчего у Лизы глаза сверкают с самого утра, и настроение поднято на максимум так, что хотелось обнимать всех и каждого, раздавать комплименты, петь и танцевать. Да тут всё просто, на самом деле.
Лиза почувствовала себя кому-то действительно нужной, желанной.
Если бы вдруг Смирнов подошёл к ней с самого утра, или с вечера, не важно, просто подошёл с букетом цветов, подарил, чмокнул в щёчку, было бы приятно, несомненно. Но тут иная ситуация. Насколько романтично ей преподносят сюрпризы, это интриговало.
И Лиза надеялась, что Даша всё-таки не права. Возможно, многие факторы и указывали на то, что это чёртов мажор. Но конкретных доказательств не было, как ни крути.
"Злость прошла по отношению к его поступку, и, соответственно, к нему самому. Возможно это из-за того, что она считала себя такой же виноватой, как и Громов. Да, он держал ей руки. Прижимал к стене, и она потеряла любой шанс вырваться из объятий.
