Автор
Мирон Громов был центром её мира, но влюбился в другую. Разбитое сердце и осколки первой любви остаются в прошлом. Но может ли она забыть человека, который был её всем? История о боли расставания и пути к новой жизни, где нет места для того, кто уже не её.
Похоже, «Моя Мия. На осколках первой любви (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– А ты чего приходил-то?
– Да так, – машу рукой. – Потом.
Выхожу из деканата и направляюсь прямиком в столовую.
Карамелина со своей свитой очевидно там. К их дружбе, явно слизанной с «Секса в большом городе», я отношусь скептически. Мия доверчивая, смотрит на свет, хлопая своими симпатичными глазками и совершенно не умеет разбираться в людях.
Раньше приходилось отгонять всех подозрительных личностей самостоятельно, сейчас она оперилась и, надеюсь, научилась делать это сама.
Хотя кого я обманываю? Ни хрена она не научилась.
И к себе больше не подпускает. Это особенно раздражает.
Завернув в студенческий кафетерий, останавливаюсь и обвожу взглядом занятые столики.
Возле окна ожидаемо засекаю модную четвёрку, как они себя называют.
Алиева сидит в центре, подперев голову ладонями. Плачет, блядь.
Взмах тёмных, увлажнённых ресниц. Щёчки полыхают, нос задирается, пухлые губы сжимаются, когда она замечает меня у входа.
Её лицо, даже с выражением полного отвращения – парковка для моих глаз.
– Что ты делаешь? – напряжённо бормочет, когда я забираю её сумку со стула и захватываю тёплую ладонь.
– Пойдём, пообщаемся, – выговариваю сквозь зубы и веду её за собой на выход.
– Отпусти, Мир. Реально, сегодня и без тебя плохо…
Стискиваю хрупкую ладошку и сквозь толпу орущих первокурсников веду Алиеву в закуток, располагающийся под лестницей, рядом с запасным выходом на первом этаже. Здесь куча разной утвари, принадлежащей местному дворнику и совсем немного свободного пространства… но зато никто не отвлекает.
Тесновато, конечно.
– Что происходит, Мия? – спрашиваю, когда она с оскорблённым видом упирается спиной в стену, складывает руки на груди и глазеет куда-то поверх моего плеча.
Резко дёрнувшись, пищит.
Упрямо пытается выбраться, проскользнув мимо, но я ловлю её за локти и на этот раз фиксирую руками с двух сторон.
Больше не доверяю.
Смотрю ниже, громко выпуская воздух из лёгких.
Она заметно похудела с новогодней вечеринки и даже неделю назад, когда я был сверху… Карамелина ощущалась чуть круглее.
Моргаю непрерывно.
Из-под пояса чёрных брюк по бокам проступают косточки, живот впалый, полоска загорелой кожи и маленький пупок, не скрытый тканью короткой водолазки, бесит.
Блядь, откуда это?
Мне нравится, как неприлично, откровенно одевается Лада. Её сексуальность – яркая, вызывающая – будоражит кровь. Из ноздрей пар идёт. В этом есть что-то запретное, порицаемое… оттого дико возбуждающее.
Животное.
Примитивное.
