В глубинах подземелья академии темной магии, девушка выдала смех от неприличных шуточек односессионника. Изнурительное бабание Закары Торстена оживает даже в постели и после крепкого ужина. Он — не просто звезда, но и главный дурачок Деймрана, знаменитый факт для всех студентов....
Следовало сделать вид, будто мы с Закари не догадались, к чему семимильными шагами шел разговор за столом.
– Когда вы с Закари намерены пожениться? – спросила мама.
– В смысле? – напряглась я.
– Вы сказали, что у вас серьезные отношения, – напомнила она. – Просто чтобы ты знала: мы не осуждаем! И будем не против породниться с Торстенами. Признаться, твоему отцу приходил в голову такой вариант. Клановая вражда окончательно затухнет. Так делали еще во время драконов…
Ты труп, Закари Торстен! Как я вообще согласилась на твой провальный план? Клянусь, ты получишь самую ужасную жену на семь королевств!
– …Однако, – решительно высказала мама, и у меня отлегло, – мы живем в современном мире.
Ладно, живи, Закари Торстен. Может, твой план не безнадежен.
– Как говорил мой великий дедушка: в магическом мире сложные заклятия избавляют от многих проблем, – с умным видом поддакнула я.
Справедливо говоря, эту мысль он выказал во время суда о незаконно воскрешенном Торстене.
Если верить семейным хроникам, они вообще не постеснялись и заказали на обряд прощания с посмертием королевский оркестр. С барабанами! Подозреваю, никогда факел ненависти не горел так ярко, как в те мгновения, когда музыкант бахал по огромному барабану и по окрестностям разносился издевательский «бум».
– Папа со мной полностью согласен, – с такой убежденностью заявила мама, что мигом стало ясно: если отец по какой-то причине точку зрения не разделял, то в его интересах поскорее ее разделить, принять и нести в мир, как светлые несут добро и справедливость. Иначе отдача замучает.
– А Торстены? – осторожно уточнила я.
– Уверена, они в таком же шоке, как и мы.
– Чего? – не поняла я.
– Тайный сундучок, – снова повторила мама.
Мы одновременно повернулись к туалетному столику, на котором стоял окованный серебряными орнаментами ларец.
