Две девушки — близнецы, обремененные тяжелыми семейными обязательствами — оказываются вынужденными расширить свои круги. Воспоминания о давно ушедшей родительской любви всплывают, смешиваясь с новыми знакомствами и непростыми решением жизненных вопросов. Уютная атмосфера мансардной комнаты переплетается с холодком холода на улице, создавая острый диссонанс между прошлым и настоящим....
Не-е-е-е-т, мне предсказали совсем другую смерть!!
Попытавшись укусить бултыхающуюся жертву, змей натолкнулся на вспыхнувшую защитную активацию талисмана и обиженно взвыл. А я вдруг поняла… Что тяжелое платье тащит меня на дно.
Барахтаясь, как червяк, с трудом нащупала застежку, отчаянно потянула её вниз, мысленно прощаясь с красивым платьем и выплыла в одной нижней рубашке, промокшей насквозь.
Извиняющийся принц подал мне руку, бормоча что-то про то, что: «Несси просто играл». Я сосредоточенно вздохнула, пытаясь унять сильную дрожь.
– Ваше Высочество… Смиримся с фактами. Несси пытался меня съесть, – я проговорила это, твердо глядя на Фабиана. Тот как-то странно стушевался и покраснел.
Вот чёрт.
Точно, я же в промокшей нижней рубашке…
Позорище!
Пришло время поспешно капитулировать (сдерживая желание вернуться и отхлестать принца и весь его питомник заодно). Тот случай я ещё долго буду вспоминать с нервной икотой…
Через несколько дней я получила письмо от Фабиана.
Кстати, если я еще не определилась с женихом, он готов меня дождаться.
…
Может ли быть…
Что я сделала из принца-зоофила лоликонщика?
После этого мне внезапно захотелось уехать из столицы.
Очень хочу домой.
Пожалуйста!
***
Благо, моё желание было исполнено, так как Вероника тоже не захотела задерживаться в столице.
Фу-ух, аж от сердца отлегло!
Признаться честно, я думала, что, по возвращению, разговор с матерью будет… Более бурным и тяжелым. Поэтому заранее приготовила свод аргументов, ПОЧЕМУ мне совсем, совсем не нужен брак с принцем!
Клементина выслушала меня достаточно спокойно и ответила:
– Хорошо, если ты так решила.
Тогда я подумала, что моя мама, несмотря на рациональность, все же внутренне выступает за брак по любви. Ведь Грегори она любит по-настоящему, что бы там не твердили злые языки.
Любит, потому что её искренне задевали его эгоистичные слова.
Любит, потому что подняла с колен графство легкомысленного папаши.
И это… Странным образом растрогало меня.
Как только мы с Вероникой вернулись, к нам в поместье сразу же приехал Ройст.
