Автор
В любовном приключениях улицы и под открытым небом, героиня вынуждена следить за своей идеальной целью. Удачливый снайпер сталкивается со странными обстоятельствами — несмотря на отличные условия для наблюдения, он ухитряется держать цель в поле зрения почти двадцать четыре часа подряд. Атмосфера напряженной сосредоточенности переплетается с нежностью к объекту, создавая ироничный, но глубокий фрагмент повествования....
Кто бы мог подумать, в шахматы! У него есть большая тяжеленная доска с красивыми фигурами. Я зациклилась на сексе, и когда он подъехал к своему подъезду, изрядно напряглась. Вроде и да, и нет. Как-то глупо ломаться после минета, но по сути получается… снова фигня, а не начало отношений. Когда я помыла руки и вышла из ванной, он показал мне два кулака, дескать, выбирай. Что там? Презервативы? Коснулась левой руки, а там белая пешка.
— Помнишь еще, как фигуры на доску ставить? — спросил он, как и обычно, приподняв левую бровь.
— Белые — да, черные — не особо, — ответила той же мимикой, дразня его.
— Тогда тебе повезло, — кивнул на мой выбор, и мы засмеялись.
Первые два раза я поставила ему детский мат, Леха сокрушался и сетовал: ""Как так?"" Предложил играть на желание, в общем, я купилась и теперь должна ему четыре желания, а он мне — одно, и то потому, что ближе к концу партии перевернули доску. Лишь дважды я свела в ничью. Это обидно, учитывая, что раньше мы играли практически на равных.
Сначала мы сидели за столом, потом спины устали, разложили диван, доску разместили посередине. Вытянули ноги, увлеклись игрой. А ближе к вечеру я почувствовала удовлетворение, как будто «спасибо» от своих извилин. Последние пару лет практически все свое время я уделяла рекламе: косметики, украшений, одежды, ресторанов или даже машин, — причем по готовым сценариям.
А так… простые шахматы. Привет из прошлого. Тот же парень, та же квартира его бабушки. И одновременно все иначе.
Добавились взгляды. Иногда беглые, иногда долгие, выжидательные. А еще появилось предвкушение, какое-то томительное и мучительно приятное. Все будет, но позже.
Затем он отвез меня на правый берег к дому родителей и поцеловал в губы. Нежно и медленно, именно таким поцелуем, от которого поджилки трясутся.
Я погладила его по лицу, он подмигнул, вернулся в свое кресло, с которого тянулся, и попросил махнуть из кухни.
— До завтра, Рита, — проговорил, чеканя слова. — Не знаю пока, чем займемся, но ты поучаствуешь. Я позвоню.
