Автор
В главной части первой книги "МОЯ. Не отдам!", читатель оказывается в непривычном для себя положении — он виртуально стал объектом собственного восхищения, который не захочет уйти. Важный поворот и неожиданная атмосфера создают ощущение загадочности и сюрпризов, готовящихся к нему главе....
В голове проносятся десятки вариантов…
— И твердый. Очень твердый… — выдыхает со стоном, сжав свои узкие бедра.
Ее пальцы снова пытаются взять член в кольцо, обхватив его плотно.
Даа… Вошла во вкус, играет со штурвалом, пробуя двигать смело и отрывисто.
Пустить бы в ход ее язычок, в ротик спермы налить столько, чтобы лизала ее потеки, подбирая пальчиками полупрозрачные капли с подбородка.
И я бы ей обязательно вставил хорошенько. Другую девку уже бы нагнул к члену, и она охотно взяла бы в рот, отрабатывая крышесносный оргазм в надежде получить его снова.
Но Белка…
Что-то в ней настораживает.
И эти ремарки, будто члена впервые касается.
Вглядываюсь в черты ее лица, белеющего в сумраке. Глаза полуприкрыты, ресницы трепещут, рот приоткрыт. Она часто дышит и сама не осознает, как прижимаетя теснее, льнет, трется об меня грудью с острыми сосками. Аккуратные сиськи, задорные апельсинки.
Ее бедра дрожат серией спазмов.
Немного раскрываются, и я запускаю между ними руку.
Трусики мокрые.
Она задыхается, уже на пороге. На самом плато… Ее удовольствие может ровно схлынуть, так и не закончившись оргазмом, но может и рвануть.
Тяну влажную ткань в сторону. Нежность ее кожи запредельная. Удлиненная форма ее киски по форме напоминает каллы, из сердцевины щедро тянется дорожка сока.
— Нет-нет… — словно просыпается, когда два пальца туго вонзаются в сердцевину, разминая ритмично.
Несколько рывков заставляют ее изменить свое мнение. Белку размывает так, что она утыкается лицом в мою майку и громко стонет.
— Быстрее. Давай же…
— Я… Мне… Точно… Аааа…
Последний толчок.
Киска пульсирует и расширяется, сжимается и приоткрывается ритмично.
Готов поклясться, она выпрашивает мой член.
Меня обильно выплескивает поверх ее сжатых пальцев.
Густые толчки спермы. Молочные пятна слепоты пульсируют перед глазами. Белка закатывает глаза от удовольствия, продолжая мягко двигать бедрами навстречу моим пальцам, ловит еще одну сладкую волну.
Ненасытная.
И… кажется, целочка.
— Трахалась раньше? Нет?
Да ладно.
Глаза блестят, взгляд размытый, взмахи ресниц плавные. Блеск глаз становится запредельно острым… Она всхлипывает и начинает… плакать.
Это что еще за хрень такая?
Я мог ей между ног воткнуться, но придержал немного норов оголодавшего по ласке члена, чтобы она немного привыкла и не слишком сильно пугалась.
К чему слезы?
Оргазм у нее был.
