Автор
В комнате запахло древностью и старыми бумагами. Агния стесняясь поднимается с места, рядом с ней стоит Ибрагим Викторович — адвокат, чьи черты настолько изменились со времени бабушкиной смерти, что она их не узнала. Она подписывает завещание, где четко указано, что все наследство переходит к ее сводному брату. Выходя из комнаты, она в последний раз вздыхает, оглядывая обветшалые интерьеры и старую мебель....
– И снова сводной сестрице: – Открытие нового отеля должно состояться в конце лета. Будешь работать вместе с Данилом, – снова помолчал и добавил: – С возвращением.
Кивком указал на ошмётки на столе.
– Так лучше. Бабушка была бы довольна.
Отец посмотрел на часы. Ещё раз смерил Агнию взглядом. Черт знает, о чём он думал. Самого меня захлёстывало от гнева.
– У меня встреча через час, – произнёс он, взяв из стола папку с документами.
Я не сводил глаз с Агнии. Ну погоди, стерва.
Небрежным движением она поправила заколку.
– Когда я могу приступить к работе?
– Прямо сейчас, – отрезал отец. – Если, конечно, готова.
Вопрос с подковыркой. Поначалу я вёлся на это. А вот сестрица и глазом не моргнула.
– Для этого я тут.
Кажется, батяня её ответом остался доволен. Кивком указал на меня.
– Данил введёт тебя в курс дела. Я вернусь к вечеру. В ближайшие два часа буду недоступен, но, если возникнет что-то срочное, можешь отправлять сообщения.
– Я помню, – она замолчала, но затем добавила: – Помню, папа.
Отец кивнул. Буквально через несколько секунд в кабинете мы остались один на один.
Медленно встав, я подошёл к Агнии вплотную. Как ни пыталась она изображать хладнокровие, дрогнувшие пальцы выдали её.
– Какого хрена? – вкрадчиво спросил я, как только она попыталась взять свою грёбаную сумку. Перехватил ремешок и намотал на кулак.
Она потянула ремень, но я не отпустил. Вырвал сумку и швырнул подальше. Сестрёнка попятилась. Поняла, что запахло жареным?!
Отступать она могла сколько угодно – не помогло бы. От неё так и веяло свежестью. Лёгкий цветочный запах духов щекотал ноздри и, чёрт побери, возбуждал. Дома меня ждала Наташка, готовая на всё, а я не мог отделаться от преследующего с вечера желания прижать к стене эту рыжую дрянь и поглубже вдохнуть аромат у её виска.
– Прекрати, Данил! – нервозность послышалась и в её голосе.
Я зло усмехнулся, подходя ближе. До тех пор, пока она не шмякнулась на задницу, наткнувшись на диван.
– Твои штучки больше не прокатят, – встав, она оттолкнула меня. – Прибереги их для кого-нибудь другого. Для своей невесты, например.
– А тебя, я смотрю, моя невеста очень беспокоит.
Она фыркнула. Я схватил её за локоть, развернул к себе лицом.
