Автор
В комнате запахло древностью и старыми бумагами. Агния стесняясь поднимается с места, рядом с ней стоит Ибрагим Викторович — адвокат, чьи черты настолько изменились со времени бабушкиной смерти, что она их не узнала. Она подписывает завещание, где четко указано, что все наследство переходит к ее сводному брату. Выходя из комнаты, она в последний раз вздыхает, оглядывая обветшалые интерьеры и старую мебель....
– Это не подойдёт, – наконец заключил он. Повернул компьютер так, чтобы было видно и мне. – Мне не нравится. Слишком просто. Это отель класса Люкс, Агния. И выглядеть территория должна соответственно.
– Она и будет выглядеть соответственно.
– Нет, – отец потерял интерес к наброску. – Проект нужно переделать. Причём переделать полностью.
– Нет, – ответила я твёрдо.
Отец смерил меня недовольным, почти гневным взглядом. Взглядом, который я хорошо знала с детства.
– Что значит нет?
– Это значит, что переделывать я ничего не стану.
Отвечать отец не спешил. Долго молчал, в который раз испытывая мою выдержку. Над доработкой наброска я просидела почти до утра, сил на бессмысленные разговоры не осталось.
– Вот что, отец, – я первая нарушила молчание, – если проект тебя не устраивает, применение ему я найду. Но учти, возможности передумать у тебя уже не будет.
– А ты действительно изменилась, – не сводя с меня пристального взгляда, вдруг сказал он.
И тут я всё поняла. Волна холодного гнева накрыла меня, но я не подала виду."
"Изменилась? Да, изменилась. Это раньше я встала бы на задние лапки в желании выслужиться. Просидела бы ещё ночь, а то и не одну, лишь бы угодить папочке. Сейчас я просто молча свернула ватман и убрала в тубус. Выключила ноутбук.
– Что это значит? – до отца дошло, что я собираюсь уйти, только когда ноутбук оказался в сумке.
– Прошла я твою проверку или нет, не имею понятия, – ответила я, не глядя на отца, и застегнула замок. – Мне это не интересно. Проверяй кого-нибудь другого, отец.
Я закинула лямку от сумки на плечо, выпрямилась и бросила косой взгляд на отца. Хорошо, что я научилась держать себя в руках, иначе я просто послала бы его к чёрту вместе со всеми его замашками.
Розовые очки наконец разбились. Раньше я не замечала многого, теперь же ясно видела все его недостатки: граничащее с деспотизмом требование безусловного подчинения, упрямство и категоричность.
– Я отложила несколько интересных проектов, отец. В Штатах меня ждут люди, имена которых известны многим. Всё, что я должна была доказать, я уже доказала. И доказала не тебе, а самой себе, – я взяла тубус. – Да, я сама захотела вернуться в компанию. Но такого отношения к себе я не потерплю ни от кого. Даже от тебя. Я работаю с теми, кто меня ценит, отец.
