Автор
В комнате запахло древностью и старыми бумагами. Агния стесняясь поднимается с места, рядом с ней стоит Ибрагим Викторович — адвокат, чьи черты настолько изменились со времени бабушкиной смерти, что она их не узнала. Она подписывает завещание, где четко указано, что все наследство переходит к ее сводному брату. Выходя из комнаты, она в последний раз вздыхает, оглядывая обветшалые интерьеры и старую мебель....
Должно быть, вид у меня, когда я перечислял всё, что попросила Агния, был тот ещё. У самого-то, кроме мази от растяжений и перекиси, нихрена не было, да и у этого добра срок годности кончился в прошлом тысячелетии.
– Здоровья вашему малышу, – напоследок сказала фармацевт. – И вам тоже.
– Спасибо, – буркнул я в ответ.
* * *Агния открыла не сразу. За время, пока стоял под дверью, я успел надумать себе хрен знает, чего.
– Где тебя носит? – бросил я сквозь зубы, когда она-таки пропустила меня в квартиру.
– Догадайся сам, – огрызнулась Агния и показала в сторону кухни.
Я прислушался. В квартире было тихо. На полу около байка лежала машина, которую я подарил Мирону, на тумбочке под зеркалом – флакон духов с длинным изогнутым колпачком. Мозг автоматически подмечал детали, и они впечатывались в сознание одним коротким «моё».
Агния подняла руку, заправила волосы за ухо.
– Как Мирон? – спросил я, протягивая ей пакет.
Она не взяла – снова показала в сторону кухни.
Чёрт! Откуда-то появилась неловкость. Рука с пакетом зависла в воздухе и опустилась.
– Уснул, – вздохнула Агния. – Не хочу его будить. Пусть поспит, дам лекарства, когда проснётся.
Я прошёл к кухонному столу и поставил на него всё, что купил. Агния зашла следом. Села, потёрла лицо ладонями и посмотрела снизу вверх долгим, пронзительным и спокойным взглядом. Словно что-то решала для себя.
– Он часто болеет?
– Нет, – она отрицательно качнула головой. – Обычно нет. Но сейчас, наверное, сказались смена климата, переезд… Сам понимаешь.
– Ветрянкой?
Название детской болезни было сродни вытащенному за уши из шапки волшебника кролику. Оно так же не вязалось с моей жизнью, как и валявшийся возле стула детский носок.
Заметив, Агния подняла его и небрежно положила на соседний стул.
– Да. Из-за этого я не прилетела на похороны. Мне очень хотелось попрощаться с бабушкой. Сейчас я жалею, что раньше не вернулась. Если бы прилетела раньше, увидела бы её живой.
– Деньги – всегда беспроигрышный вариант.
– Да, – согласилась она. Её «да» было пропитано недосказанностью. Я резко перевёл взгляд, Агния улыбнулась самыми уголками губ. – Я прилетела, чтобы подписать отказ.
