Автор
Соня случайно попадает в поле зрения сотрудника ФСБ и становится приманкой для опасного преступника. Вынужденная участвовать в рискованной операции, девушка не подозревает, как эта игра изменит всю её жизнь и чувства.
Но все фотографии выглядят по-разному устрашающими, так как ""находки"" разной свежести. Соня тяжело сглатывает и кидает короткий взгляд в мою сторону. Я всё ещё сижу с отрешенным видом.
— Вы идете по второму кругу, — отрывается она от экрана и переводит взгляд на Иванова.
— Не заметил, — смущенно хмыкнул он в кулак. — А вот последняя жертва. Посмотри внимательно.
Соня снова медленно поднимает глаза на экран. В канаве в куче листвы лежит обнаженное тело девушки. Короткие черные волосы прилипли к щекам, лицо серое с темными пятнами на коже. На шее почти черного цвета кровоподтек.
— На тебя похожа, — вздыхает Иванов и я вижу, как Соня вздрагивает и передергивает плечами. — А теперь, пожалуйста, ещё раз хорошо подумай и ответь. Ты уверена, что готова стать приманкой для маньяка?
Я вздыхаю негромко, устав от спектакля.
— Да не психуй ты, Истомин, — рокочет полковник.
— Я не психую, — хмыкаю в ответ. — Я буду рад, если она откажется. Соня, отказаться не стыдно.
Соня, бледнея, закусывает губу, долго смотрит на меня, потом снова на жуткий слайд.
— Я уверена, — всем на удивление, твердо выдает она. Я до последнего надеялся, что передумает.
— Ну и дура, — бурчит Иванов и выключает проектор. — Истомин, с тебя ежедневные отчёты по подготовке приманки. Можете быть свободны.
Все начали расходиться по кабинетам. Миша задержался в конференц-зале, разговаривая с кем-то по телефону.
Как только мы с Соней вошли в мой кабинет, она устало облокотилась об стену и прикрыла глаза. Стрессанула.
Я аккуратно прижал ладонь к ее щеке и погладил большим пальцем нежную скулу.
— Ещё не поздно отказаться.
Соня едва заметно подалась навстречу моим пальцам, будто котенок, ищущий ласки, а потом посмотрела на меня.
— Я все решила."
"В этом ее ""все решила"" сквозила какая-то обречённая нотка. Мне внезапно захотелось сжать девушку в объятиях, сказать, что все будет хорошо.
— Ну и дура, — вместо этого я с грустью повторил слова Иванова и убрал руку. Девушка усмехнулась. — Присядь, я сделаю кофе. А потом пойдем в тир.
— Зачем? — удивилась Соня, встрепенувшись, и устроилась на диване, изящно подогнув ноги.
— Стрелять.
— Стрелять?!
Я стоял спиной к девушке и наблюдал, как кофемашина быстро заполняет чашки ароматным капучино.
— Стрелять. Не думала же ты, что я тебя без подготовки в лапы жестокого убийцы отправлю?
Тир был большим и современным. Я любил здесь выпускать пар по вечерам. Особенно, когда что-то шло не по плану. В данный момент мы с Соней находились там одни.
