Автор
Когда надвигается ужасная новость, сердце словно разрывается на части. Вампуловски измотана и захвачена страхом, но она решительно бьется с жизнью. Удачный удар перекатывается в ритме его шагов, когда он убегает. Войска навстречу смерти стучит в её сердце, пока Дима превосходно изгибается под замком и тяжело ворочая ключами, пытается захлопнуть дверь в дом дедушки....
Одинокий волк вроде меня не имеет права на ошибку.
Ася.
— Присаживайтесь. Я покажу Вам снимки людей, завязанных в криминальных историях с антиквариатом. Может быть Вам удастся в ком-то распознать Глеба Самойлова, того самого, о котором рассказали Матвею Владимировичу. Если же нет — попробуем составить фоторобот. Вы художница. Должны обладать хорошей фотографической памятью. Не так ли? Начнём? — не успела я опомниться, как холодный и рассудительный киборг вернулся обратно в тело Максима. Минутное наваждение растворилось, словно туман.
— Давно Вы рисуете? — открыл файл с фотографиями и отошёл на метр к ближайшей стене. Опершись спиной о стену, скрестил руки на груди и, не отрывая взгляда от ноутбука, непринуждённо вёл со мной беседу.
— Наверное с пелёнок. Сколько себя помню, — принимаюсь просматривать снимки.
— Ваш дедушка, Беляев Савелий Ларионович, он ведь заслуженный художник РСФСР?
— Да. Всё верно.
— Анастасия, от чего скончался ваш дед?
— От сердечного приступа. В день смерти врачи заподозрили обширный инфаркт.
— Диагноз поставили по результатам вскрытия?
— Я не позволила этого сделать.
— Раньше, до дня смерти, приступы у него случались?
— Было пару раз. Наблюдался в кардиологии. Согласно записям в карте, его состояние называли «относительно удовлетворительным с положительной динамикой». Перебоев в работе сердца не было, — после очередного щелчка мышкой я остановилась на знакомом лице. Тот самый брюнет, лет тридцати, с карими глазами.
— Похож? — поинтересовался Максим и подошёл к ноутбуку.
"— Это он. Спрашивал о старинных иконах на деревянной основе.
— И что Вы ему ответили?
— А что я могла ответить? Я никогда о них не слышала, Макс. Дедушка ничего такого дома не хранил. Кто он?
* * *Максим открыл файл с информацией на Глеба и тотчас отстранился, избавив меня от дискомфорта, вызванного сближением наших тел.
— Антон Иванович Заславский, — читаю, прокручивая на уме что-то очень знакомое.
