Автор
Когда надвигается ужасная новость, сердце словно разрывается на части. Вампуловски измотана и захвачена страхом, но она решительно бьется с жизнью. Удачный удар перекатывается в ритме его шагов, когда он убегает. Войска навстречу смерти стучит в её сердце, пока Дима превосходно изгибается под замком и тяжело ворочая ключами, пытается захлопнуть дверь в дом дедушки....
Дима неспешно вытащил пальцы из моего рта и также медленно и поочерёдно облизал их, давая понять, что хочет ощутить вкус моего языка."
"— У тебя они сладкие, — прийдя в себя, на выдохе проговорила с лёгкой хрипотцой в голосе, разделяя каждое слово. Едва проглотив кусочек пирога, судорожно вдохнула. — Жаркие... Нежные и сильные.., дразнящие.., дарящие безумие...
— Хочешь ещё, — в ушах прозвучал глубокий голос, словно прошелестел, смешиваясь с шумом биения моего сердца.
— Хочу... — проникновенно ответила.
Увлажнив губы языком, обольстительно закусываю нижнюю зубами, сразу же медленно высвобождая её из тисков. Дима сглотнул слюну, при этом его острый кадык резко дёрнулся, привлёк к себе внимание, как и мои губы привлекли его взгляд, полон дикого вожделения. Любуюсь его шеей с дерзким желанием приласкать её языком, пройтись им по солоноватой коже до огромной, пульсирующей артерии, прищемить её легонько зубами и поцеловать в засос это сладко пахнущее место, что так сильно влияет на разум, затуманивая здравый рассудок.
— Закрой глаза, — хрипло скомандовал. Я повиновалась. Ощутила, как отобрал у меня из рук чашку с горячим чаем, поставил её на поднос. Коснулся моих губ лёгким, целомудренным поцелуем и выдохнул со смешком. — Не подглядывай, иначе воспользуюсь твоим пояском от халатика.
— Свяжешь мне запястья? — хмыкнула я.
— Хуже... — снова лёгкий, мимолётный поцелуй и его указательный палец тут же опустился на мою верхнюю губу, размазывая по ней, а затем и по нижней сладкую патоку яблочно-вишнёвого сиропа.
* * *— Дай мне свой язык, Ася... — хриплый шёпот всколыхнул во мне острое возбуждение, прошёлся током по позвоночнику, вскружил голову. Приоткрываю рот немного шире, слизывая с верхней губы липкую сладость и тут же слышу нетерпеливый стон мужчины.
— Настя, давай сегодня распишемся? Я всё устрою, маленькая, соглашайся. Нужно решать вопросы с усыновлением Сашки, — выдыхает он прежде, чем его губы касаются моих.
У меня сердце в пятки ушло. Прекратило стучать в висках.
