Автор
В Малой Родине мир тих и размеренно до тех пор, пока в поселке не появляется незнакомка – девочка с голубыми глазами и легким ртом. Ее дни складываются из мелочей: разговоров с соседями о будущем, игр в песок на общем дворе и уроков матчастики за деревьями. Но одна женщина, несчастно привязанная к своим обязанностям, видит только проблему в появлении девочки – как это может повлиять на ее собственные планы....
Глаза сами собой закрываются, когда я провожу языком между грудей, съезжаю вниз, ныряю им в узкое отверстие пупка, отчего Софья немного нервно хихикает. А потом я располагаюсь между ее ног, ловлю испуганный взгляд и делаю то, что давно хотел сделать. Складочки Сони представлялись мне сладкими и нежными, и моя догадка оправдалась: они такие и есть. Я с таким удовольствием слизываю каждую каплю с дрожащего комочка клитора, что даже из меня вырывается стон, чего раньше за мной замечено не было. Соня дрожит в моих руках, и мне приходится сжать ее бедра ладонями, чтобы она их не сводила.
Зависаю над Софьей, пристраиваю головку, чтобы поймать момент, когда она наиболее расслабленная, а потом резким толчком подаюсь вперед. Мне едва удается удержать себя на руках и не привалить Соню своим немаленьким весом, когда я чувствую, как член окутывает узкий влажный жар.
– Тише, – шепчет Соня, всхлипнув, – не торопись.
Распахиваю глаза и смотрю в ее голубые омуты, наполненные слезами. Ловлю дрожащую на ресницах слезу и склоняюсь, чтобы прикоснуться к губам. Софья прикусывает нижнюю, но, как только чувствует мое прикосновение, расслабляет губы, позволяя себя целовать. Нежно, бережно.
– Больно? – спрашиваю, отстраняясь.
– Немного. Думала, будет больнее.
Софья глубоко дышит, пытаясь прийти в себя, а я все это время терпеливо жду, скользя губами по ее скуле, подбородку.
– Сонь, я не могу больше, – шепчу в ее кожу, когда чувствую, что сейчас нахрен взорвусь.
Она зажмуривается и кивает.
– Двигайся, – великодушно позволяет она и я, усмехнувшись, целую ее шею.
Содрогаюсь, как только возобновляю движения, меня окатывает жаром волна за волной. Приходится сжать зубы, чтобы не потерять контроль, который и так висит на волоске.
– Ты такая сладкая, моя девочка. Такая красивая, – шепчу, глядя ей в глаза.
Соня негромко стонет. Она все еще напряжена, но я ласково поглаживаю ее бок, чтобы расслабить, пока медленно двигаюсь в ней. У меня перед глазами вспышки, которые не дают в полной мере насладиться красотой Сони. Скольжу рукой к ее груди, сжимаю, перекатываю по очереди соски между пальцами, вырывая из Софьи все новые и новые звуки удовольствия.
