В этой исторической романтике Катя не может устоять перед сильным и нежным Колей, даже когда он находится в критическом состоянии после серьезной операции. Страх за жизнь любимого мужа тесно взаимодействует с чувствами нежности к нему, создавая острый драматический подтекст в повседневной жизни пары....
На случай, когда обо мне вспомнят, а это неминуемо, всё-таки я — причина этой небесной заварушки.
Как в воду глядела.
Не успела отойти и на десять метров, как в мою сторону ринулся тёмно-синий дракон. Галь Ханаан.
Капитан выбросил когтистые лапы в мою сторону, нависая, точно коршун…
Я приготовилась применить атакующее заклинание, которое выдоит мой резерв до капли, но другой дракон, такой же тёмно-синий, как Галь, схватил Ханаана за крылья, от души трепанул до хруста в костях и отбросил его в сторону покосившегося сарая.
«Кевин…»
Фиолетовые глаза сейш Хильсадара ярко горели в ночи.
Пара мощных взмахов крыльями, и передо мной на землю спрыгивает уже укутанный в плащ боевика губернатор Элерона.
Коснувшись моего лица, Кевин, всматриваясь в меня с тревогой в глазах, спросил:
— Как ты? Где болит?
Дрожа от адреналина, я бросилась в объятья мужчины, крепко стиснув его узкую талию.
— Я думала… думала…"
"— Тише-тише, малышка. Всё хорошо. Всё под контролем. Мы были рядом. Всегда рядом, — успокаивал меня Кевин, пока я всхлипывала, отпуская напряжение ужасного вечера, чуть не ставшего для меня бесконечной неделей сплошного насилия, которое Галь насмешливо обозвал «слиянием».
— Но… маячки…
— Пф! Чему нас Злобик научил, так это тому, что полностью полагаться на магию глупо. Помимо маячков и щитовых чар я прикрепил на каждую твою заколку чип. Это последняя разработка мастера Грегори, которая никакого отношения к магии не имеет. Если только совсем чуть-чуть.
Тут Кевин поджал губы, бросив недовольный прищур в небо на льдисто-голубого дракона, сражающегося с яростью лютого зверя.
Крепко стиснув челюсти, Хильсадар процедил:
— Собственно, из-за услышанного мы не появились сразу. Я пытался закончить с этим похищением побыстрее, но Эван наложил на меня заклятие оцепенения, когда услышал о Тени. Так близко мы не подбирались к лидеру преступного мира… Я его понимаю, но всё равно очень зол! И чувствую вину перед тобой… Позволь посмотреть, что с твоей кистью, малышка… — Кевин ласковым движением вытер слёзы на моих щеках и бережно коснулся руки.
— Ох!
— Осторожно. Не дёргайся. Это вывих, — констатировал Кевин с мрачным взглядом, пока за моей спиной падали подельники Галя. Он до сих пор не пришел в сознание. Ханаан успел только обратиться и теперь лежал в высокой траве, не подавая признаков жизни.
