В этой исторической романтике Катя не может устоять перед сильным и нежным Колей, даже когда он находится в критическом состоянии после серьезной операции. Страх за жизнь любимого мужа тесно взаимодействует с чувствами нежности к нему, создавая острый драматический подтекст в повседневной жизни пары....
— Значит, так… — начала Тали, поставив купол от прослушки. — Бабушка рассказывала, что Эммиэн была милой и весёлой девушкой. Да, немного избалованной, но не злой. Она любила поболтать, делилась своими мыслями… в общем, как любой общительный подросток. А господину Кевину, с которым ритуальная проверка выдала наибольшие показатели совместимости, к тому времени исполнилось пятьдесят пять лет.
— Ох!
— Не «ох», — усмехнулась Талана. — Для драконов Уграса это незначительный возраст. Можно сказать, первая ступень во взрослую жизнь.
— Ну… — я покачала головой из стороны в сторону. — По делу, конечно, да только не подростку такое говорить. И слова надо было более мягкие подобирать.
— Мягкие? — хохотнула Тали. — Я сама лично не знаю Кевина сейш Хильсадара, но молва говорит, что хуже него в водной провинции нет дракона! Он строг, не сдержан и жутко требователен! Хотя его друзья всегда смеются, когда другие жалуются.
Я захлопнула последний саквояж и устало села на кровать.
— Значит, Эммиэн задел за живое тот ужин. Она из-за пары слов озлобилась на весь мир?
— Почти. Помимо ужина были ещё несколько моментов. Во-первых, слуги, оценив отношение своего господина к сопливой драконице, принялись её всячески игнорировать, а это было унизительнее всего для молодой госпожи.
— Любовница? — я нахмурилась, быстро соображая.
