Я выжимаю педаль газа на максимум, продолжая топить по обочине и игнорируя сигналы недовольных водителей в пробке. В Золотом ручье дорогу замело еще сильнее, поэтому мы бросаем машину у въезда в поселок и, схватив пакеты с подарками, буквально бежим к дому.
— Миша, у меня сапоги на каблуках! — ноет Виолетта.
Я разворачиваюсь к ней и подхватываю на руки.
— Когда бы ты меня еще на руках носил! — смеется. — Знаешь, ради этого стоило в новогоднюю ночь попасть в пробку.
Я не отвечаю, чтобы не отвлекаться.
В дом мы влетаем в 23:50 с видом, будто пробежали кросс. А мы и правда его пробежали. Вернее, я.
— Мы приехали! — восклицаю, быстро стаскивая с себя верхнюю одежду в коридоре.
К нам навстречу торопится мама.
— Где вы так долго!? Я уже думала, вы не успеете.
— В пробку встали.
Родительница здоровается с Ветой, обнимает меня, и мы с девушкой, красные и взмыленные, проходим в гостиную, где уже давно накрыт праздничный стол, за которым собралась вся семья.
— Давайте быстрее, — папа указывает на наши места.
— Опоздавшие пьют штрафной! — смеется дедушка.
Пока мы садимся, по телевизору уже начинается речь президента, отец наполняет нам бокалы шампанским, я поворачиваюсь к что-то говорящему мне Леше, а потом будто что-то щелкает, и я нутром чувствую ЕЕ присутствие.
Глава 49. Новогодняя ночь
С ней всегда так. Мне нужно видеть Лизу, чтобы знать, что она в комнате."
"Не успеваю обернуться, как отец говорит, смотря поверх моего плеча:
— Лиза, давай быстрее.
— Иду-иду, — звенит ее голос. — Привет, Миша и Виолетта, — обращается к нам с девушкой, занимая свое место.
Я так и застываю, будто вкопанный, не имея сил ни на нее посмотреть, ни ответить на Лешин вопрос, который я даже не расслышал. Ее взгляд снова пробирается под кожу.
Какого черта она не уехала???
Все-таки поворачиваю к ней голову. Ее волосы собраны в очень красивую высокую прическу, на лице макияж, явно сделанный профессионалом, сиреневое платье с довольно глубоким вырезом подчеркивает грудь. Не могу понять по Лизиному взгляду, что происходит в ее голове. Она вроде бы смотрит серьезно, но в то же время будто с какой-то издевкой. Отрывает глаза от меня и принимается рассматривать Виолетту, которая тихо переговаривается с мамой.
— А Лиза разве не должна была уехать? — спрашиваю шепотом у Леши.
— Папа сказал, она передумала за несколько дней до поездки. — Так же тихо отвечает.
У меня внутри все опускается. Бьют куранты, играет гимн, семья поднимается с мест, чтобы удариться бокалами. Я встаю на автомате вместе с остальными, беру бокал и еще даже не успеваю ни к кому с ним потянуться, как Лизина рука пересекает стол и касается стекла в моих пальцах. Непроизвольно поднимаю на нее взгляд.
Она улыбается. Такой простой, широкой и, кажется, искренней улыбкой.