Вокруг — ни души. Смотрю в черную ночь и понимаю: только что в моей душе разрушился последний песочный замок, сломался последний карточный домик, погас последний лучик надежды на совместное счастье с Мишей. Теперь только выжженное поле.
Наверное, так перегорают люди. Наверное, так они ставят точку с теми, кого любили.
Глава 51. Поиски
Все происходит настолько стремительно, что я не успеваю толком ничего осознать. Четко понимаю лишь одно — я не должен упустить Виолетту. Если эта девушка уйдет, то мне конец. Я окончательно и бесповоротно провалюсь в бездну по имени Лиза.
Я уже на коленях готов умолять Вету поверить мне. Честное слово, еще чуть-чуть и предложу ей выйти за меня замуж. Что угодно — но только не оставаться наедине со своими реальными чувствами.
Виолетта — мой персональный буфер и спасительный круг. Она как преграда на пути между мною и Лизой. Если этой преграды не будет, я пропал.
Но она все-таки уезжает, оставляя меня один на один с моими запретными чувствами. Медленно плетусь обратно в дом, хотя больше всего на свете мне не хочется переступать его порог. Потому что там ОНА.
Ан нет. ОНА тут. Ну конечно же, Бестия не могла не подслушать. В детстве она все время это делала. По всей видимости, с возрастом ее мерзкая привычка никуда не делась.
Плачет. Мне редко доводилось видеть Лизу в слезах, по пальцам одной руки можно пересчитать, когда она допускала такую слабость при мне.
Вот зачем она это подстроила? Неужели не понимает, что натворила?
— Ты любишь ее? — спрашивает в слезах.
Дурочка. Ну вот какой ответ ты ожидаешь от меня услышать? Честный? Что Виолетта нужна мне, чтобы не сорваться к тебе?
— Да, люблю. — Отвечаю, помедлив. — Ее, а не тебя. Поняла?
Жду, что она на это скажет. Но Лиза молчит, пристально смотря мне в лицо, и я замечаю, как что-то гаснет в глазах девушки. Ее бездонные серые озера наполняются болью и разочарованием. Не произнося больше ни слова, Лиза уходит. Я не иду ее догонять. Приваливаюсь лбом к воротам и опускаю веки. Ощущение — будто жизнь снова рухнула. В этот раз по моей собственной вине."
"Возвращаюсь в дом, где еще продолжает шуметь праздник. Кажется, что эта новогодняя ночь бесконечная. Иры и Леши уже не видно. Наверное, ушли спать. Семейство Кузнецовых по-прежнему тут, и, судя по тому, как отец увлеченно разговаривает с дядей Егором, потягивая виски из стакана, уходить гости не спешат.
Я незаметно поднимаюсь в свою комнату и, плотно закрыв дверь, падаю на кровать. По закону подлости в спальне еще слегка чувствуется запах Лизиных духов, поэтому я достаю из-под головы подушку и накрываю лицо, чтобы не чувствовать аромат Бестии. Только сейчас, оказавшись в теплом доме, я понимаю, что продрог на морозе, как осиновый лист.
Сердце продолжает колошматить с утроенной силой.