В закрытой серии "Моя плохая привычка..." жизнь 17-летней Катерины становится шаблоном: длинные ночи, бездыханные улицы и неукоснительный след утреннего вдохновения. Ее юбка черно-белой клеткой развевается под ветер, символизируя структуру жизни, которую Катюша начинает повторять автоматически. В ночной тени ее глаза меркли, но внутри жила неуловимая теплота, готовая обрушиться на мир....
Конечно, здесь держат только тех, кого похитили, но это уже совсем другая история.
Катя прошмыгнула мимо главной лестницы, направляясь куда-то вперёд. Но надо признать, что сегодня был какой-то особенный день. Обычные черные ковры на полу были заменены торжественными красными, все вазы и статуи были до блеска начищены и выставлены вперёд.
Возле одной из таких статуй Катя заметила четыре мужские тени. Девушка замедлила шаг и уже хотела развернуться, как знакомый голос окрикнул ее.
— Что ты здесь делаешь? Тебе уже лучше? — Катя медленно подошла к парням, различая среди них Луи, Найла, Зейна и Лиама.
— Зеленый, да? — Ехидно прошептал он.
— Заткнись, Малик, — пробурчал Луи.
— Да, нормально, — Катя стеснительно отвела взгляд, поправляя выбившуюся прядь волос.
— Это и есть Екатерина? — На лице мало знакомого парня блеснула улыбка. Черноволосый легонько поднял руку девушки, нежно целуя ее. — Я Лиам Пейн, рад знакомству.
— Я тоже, — тихо ответила Катя.
— А не скажешь, почему Екатерина?
— Прабабушка русской была. Слишком сильно хотела одного из правнуков назвать в честь царевны.
— Интересно…
— Все тебе интересно, что по части девушек, — недовольно сказал Найл. — Лучше бы работал с таким же интересом.
— А где Гарри?
— Гарри уехал на несколько часов, но это было два часа назад так, что он вот вот должен вернуться, — Зейн неряшливо потрепал волосы на голове, обращая свое внимание на Луи.
— В течение часа, жди.
— Кого их?
— Невольниц, — Катя удивленно взглянула на Малика и тому пришлось объяснить, — девушек, которых продали сюда их родные. Мы конкретными похищениями не занимаемся. Нам либо продают, либо приходят сами.
Катя в ступоре замерла, осмысливая сказанное. Да и сам Зейн замер так, будто ляпнул что-то лишнее.
— Значит, меня продали? — Девушка огорченно подняла голову, взглядом упираясь в глаза Луи.
— Да, — тихо ответил он.
— Мои родители?
— Да.
— И они получили за меня деньги? Сколько?
— Плюс-минус миллион, — Лиам единственный кто в этой ситуации оказался совершенно спокоен.
Девушка растерянно закусила губу, сжимая руки в кулаки.
— Ясно, спасибо, — Катя резко развернулась и что есть силы побежала от парней. В горле стояла просто невероятная и жгучая обида на все, на всех.
Катя выбежала на улицу, наконец вдыхая аромат свежего воздуха. Ей нужно было это — одиночество.
