В закрытой серии "Моя плохая привычка..." жизнь 17-летней Катерины становится шаблоном: длинные ночи, бездыханные улицы и неукоснительный след утреннего вдохновения. Ее юбка черно-белой клеткой развевается под ветер, символизируя структуру жизни, которую Катюша начинает повторять автоматически. В ночной тени ее глаза меркли, но внутри жила неуловимая теплота, готовая обрушиться на мир....
Гарри переместил ладонь на подбородок девушки, задирая его вверх. Чувственные губы жадно вцепились в Катюшины, прикусывая их вместо нее. Правая рука скользнула по линии талии, спускаясь к низу рубашки и задирая ее. Осознание того, что они в коридоре пришло не сразу. Катя выставила руки на грудь парня, пытаясь увеличить дистанцию между ними, а сам парень наоборот проник рукой в гущу светлых волос на затылке, притягивая ее к себе. Гарри остановило его неутолимое желание, проснувшееся в самый не подходящий момент.
— Отныне ты слушаешься только меня.
Катя смущенно кивнула, опуская взгляд в пол.
— Выпить хочешь? — Неожиданно спросил парень.
— Я не пью.
— Совсем?
— Совсем.
— А закурить?
— И не курю.
Гарри смотрел на Катю так, будто она прилетела с другой планеты.
— Лет тебе сколько?
— Тебя это раньше не интересовало… — недовольно ответила девушка.
— Я задал вопрос.
— Восемнадцать.
— Восемнадцать лет и ни разу не пила и не курила?
— Нет.
— Твои родители кто по профессии?
— Священники… — Это простое слово было сказано совсем тихо. Нежный девчачий голосок дрогнул при упоминании родителей в этом ужасном месте.
— Тогда с тобой все ясно, — на лице у Гарри появилась ехидная улыбка. — Пойдём исправлять потраченные годы жизни?
— Что?
Гарри схватил Катю за руку, волоча за собой. Пара поднялась по лестнице вверх, сворачивая налево, где располагалась столовая, а главное — большая барная стойка. В помещении не было абсолютно никого, и этим парень решил воспользоваться.
— Начнем с малого, закончим великим. Хотя, думаю, тебя с первого бокала унесет. — Гарри обошел стойку, разглядывая высокие полки с бутылками.
— Гарри, может не надо? — Девушка зажалась в углу комнаты, грустным взглядом смотря на парня из-под ресниц.
— Надо, принцесса, надо.
— Я не принцесса, — обидчиво прошептала Катя, будто это было оскорбление, но, видимо, кроме самой девушки, это больше никто не услышал.
Гарри налил какую-то бурую жидкость в бокал, поднося его к носу.
— Отлично, — про себя шепнул он, — малыш, иди ко мне.
От звука хриплого голоса что-то щемилось в груди. Катя недоверчиво обошла большие столы, подходя к парню.
— Ближе, — скомандовал тот. Девушка сделала еще два шага, упираясь лицом в грудную клетку парня. — Теперь, пей.
— Зачем?
— Я хочу посмотреть, как ты будешь становиться плохой.
