В закрытой серии "Моя плохая привычка..." жизнь 17-летней Катерины становится шаблоном: длинные ночи, бездыханные улицы и неукоснительный след утреннего вдохновения. Ее юбка черно-белой клеткой развевается под ветер, символизируя структуру жизни, которую Катюша начинает повторять автоматически. В ночной тени ее глаза меркли, но внутри жила неуловимая теплота, готовая обрушиться на мир....
— Запугиваешь меня? — На тонких губах появился ехидный оскал. Парень по собственнически положил руку на женское плечо, плотно сжимая его. — Думаешь, я уйду после этого? Ты же сама меня только что заставила возбудиться.
— Я вас не заставляла. Прошу, уйдите, пока можно…
— Я никуда не уйду.
— Поправочка, — послышался недовольный голос сзади, — ты уйдешь, только на тот свет. — Гарри со всего размаха залепил кулаком в лицо противника, пока Катя быстро отбежала в сторону. Человек, являвшийся ее домовладельцем, упал на пол, а озлобленный Стайлс даже не пытался остановить свой приступ ярости и со злобой напрыгнул на него, хаотично нанося удары по всему лицу.
И тут, кажется, он понял, что произошло. Катя медленно приподнялась на правой руке, левой придерживаясь за свой кровоточащий нос.
— Ты совсем не изменился, — злобно прошептала она, вскакивая на ноги и убегая прочь из этого места. Голова ужасно болела, но на душе было еще больнее и обиднее. Хотелось поплакать кому-нибудь в жилетку, но кому? Она совсем одна.
Катя выбежала на главную улицу, замедляя шаг в толпе людей. Все произошло так быстро и неожиданно, что она убежала из дома в одних лишь шортах и футболке, а эту в морозную осень люди смотрели на нее, как на безумную.
Он совсем не изменился, совсем. Все это время только лгал мне, а сам так же впадает в ярость при любых неприятностях.
Вместе с толпой, девушка начала приближаться к светофору, с горящим в нем зеленым светом, но тут же перед ней появилась знакомая черная машина.
— Залезай, — твердо сказал он так, что отказ даже не принимался. Недовольные люди вокруг только больше усугубили ситуацию от чего девушка все же села в машину.
Как только дверца захлопнулась, они тут же двинулись с места в полной тишине.
— Куда мы едем?
— Домой.
— Мой дом в другой стороне.
— Нет, Катя, в наш дом. В Лондоне.
