Автор
Пора было отпустить Сергея и начать собственное дело. Структуры ведения бизнеса шли из разных источников: от честных до незаконных. Я многому научился у него, но теперь пора строить свою карьеру. Завод на грани банкротства, долевые участники готовы были объявить о банкротстве завода уже в ближайшие три месяца. И я начал выкупать части предприятия, затем использовал связи за границей и привлек инвесторов, чтобы удержать завод на плаву....
Наверно, она неоднократно бывала в этой квартире и на этой самой кухне. Кто знает, что они тут со Стасом вытворяли, может даже на этом столе.
При этих мыслях внутри разливается обжигающий огонь ревности, кажется будто я выдыхаю его с воздухом, обжигая горло.
Взять в руки себя получается невероятно сложно. Но я очень стараюсь.
— Ася, прости, материал про гибель птиц на Орловских озёрах я не опубликовала. Стас просил. — Ну ещё бы. Молча киваю, напоминая себе, что обещала прислушиваться к Стасу, не просто так ведь он попросил Ларису об этом.
— Я просил тебя быть осторожнее, — Грачёву явно не нравится, что она в это влезла. Волнуется за свою бывшую."
"— Стас, я не маленькая девочка, — она бросает на него скептический взгляд, а я чувствую в этой фразе камешек в свою сторону. — Не надо волноваться обо мне. Итак.
Лариса достаёт толстый блокнот с кучей закладок, торчащих в разные стороны разноцветных стикеров, исписанных значками и какими-то сокращениями.
— Насколько мне известно, Стас, ты сейчас рассматриваешь возможность сотрудничества с Рубановым.
— Не рассматриваю, а очень на него надеюсь и рассчитываю. Кроме того, сделка уже вопрос решённый. А что такое?
Лариса больше разговаривает со Стасом, но и на меня смотрит, хотя, наверное, думает, что смысла в этом нет, я для неё пустое место. Малолетнее недоразумение рядом с Грачёвым.
— Я выяснила, что гибель птиц от повышения уровня кадмия в виде произошла уже после того, как Рубанов выкупил сажевый завод.
Вижу, что Стас хмурится, но удивлённым он не выглядит.
— Ты об этом знал? — задаю вопрос ему в лоб.
— Догадывался, — отвечает уклончиво.
— И всё равно решил идти на сделку?
Мой вопрос остаётся без ответа, потому что Лариса продолжает.
— Однако, я покопала ещё. Стас, за Рубановым много грехов, и утки тут не самый страшный. Это уже не первый экологический инцидент, произошедший под его руководством. Шестнадцать гектаров отравленных полей, выброс стоков в небольшое озеро, из которого качали воду на полив и купались жители одного из посёлков. Пострадали люди, — она переворачивает страничку блокнота, проводит пальцем по строке, а у меня вот-вот волосы на голове зашевелятся от ужаса.
