Автор
Пора было отпустить Сергея и начать собственное дело. Структуры ведения бизнеса шли из разных источников: от честных до незаконных. Я многому научился у него, но теперь пора строить свою карьеру. Завод на грани банкротства, долевые участники готовы были объявить о банкротстве завода уже в ближайшие три месяца. И я начал выкупать части предприятия, затем использовал связи за границей и привлек инвесторов, чтобы удержать завод на плаву....
Я печатаю листы с лозунгом ""Чистые озера!"", склеиваю в ленту и складываю. Желание действовать бьёт ключом. На месте сидеть не получается, мне надо чем-то заниматься.
Решаю испечь блины. Хочется и сладких, и с мясом. Дело нехитрое, особенно на такой благоустроенной кухне.
В морозильной камере нахожу фарш, в холодильнике творог. За час успеваю и напечь и накрутить рулетиков с начинкой. Но не ем. Жду.
Сама от себя глаза закатываю. Да, Ася, вот ты и втрескалась. Стряпаешь, сама не ешь — ждёшь.
Ну, до эсэмэсок опускаться не буду.
Да и не приходится. Едва успеваю принять душ и переодеться, как возвращается Стас.
Морщит лоб, когда ловит аромат еды.
— Вау, — улыбается, а у меня аж пальцы показывает от удовлетворения.
Хочется дать себе затрещину. Напомнить, кто он, кто я, и как мы оказались вместе. И вместе ли?
— Блинчики? Те самые, о которых бабушка твоя хвалилась?
— Типа того, — тоже улыбаюсь, стараясь быть скромнее. — Давно не ела, захотелось.
— Но меня решила подождать.
Ну вот зачем он это озвучивает?
— Может, мне даже поцелуй положен? — снимает пиджак, откладывает его на спинку стула и медленно идёт ко мне.
— Обойдёшься, — фыркаю и отворачиваюсь, но Стас обхватывает меня сзади, заключая в объятия.
Дёргаюсь разок, пытаясь сбросить его руки, но потом затихаю. Он не сжимает сильно, но держит крепко. Просто стоит, давая мне время выдохнуть и расслабиться.
Он так хорошо пахнет. Голова кружится. И в животе волнение просыпается.
— Змеевна, хватит отрицать очевидное. Ты меня хочешь.
— Вот это самомнение!
— И я тебя тоже, — прикасается легонько губами сзади к шее к выпирающему позвонку. — Помню, обещал не торопиться, но у меня мозг не работает, понимаешь? Весь день на работе вспоминал, какая ты вкусная.
— Стас!
Меня начинает колотить. Он говорит таким голосом, что я чувствую себя раздетой.
— Какая узкая и пугливая, — напрягаюсь в его руках, и объятия тоже каменеют, давая понять, что вырваться он мне не даст. — Я безумно тебя хочу, Ася. Твои блинчики тоже, но тебя сильнее.
Я и ответить ничего не успеваю, как он подталкивает меня к столешнице, давит на спину, наклоняя и прижимая грудью к поверхности стола.
Что за дикость такая, не успел привет сказать, уже раскатал на столе. Прижался сзади сильными бёдрами. Задницей чувствую его эрекцию, вспоминаю, как касалась рукой и внутренне вся сжимаюсь. И сладко, и страшно.
Кажется, я совсем пропала.
