Автор
В глубокой тьме ночи, приглушенные шаги становятся ужасным муравьем в ушах Марго, пока она сидит в камере надеясь не выдать себя. Её мысли путаются между решимостью и беспомощностью - каждый звук может быть сигналом смерти, но не плакать – это вечная ложь, которую она повторяет снова и снова, пытаясь оставаться живой хотя бы частью своей души....
Я не сопротивляюсь, концентрируюсь на другом. В моей руке нож, считаю до трёх и изо всех сил бью в шею.
И все же моих сил недостаточно, руки слишком слабы, нет тренировки всаживать ножи в плоть и об этом я сейчас очень жалею. Волков ревет от боли и отвечает ударом кулака прямо в лицо. Перед глазами сыплются искры, теряю ориентацию.
– Как ты посмела дрянь? – рычит, хватая за волосы. – Бешеная сука! Я убью тебя, на куски разрежу, тварь.
Отстраняется, его шатает из стороны в сторону. Я соскальзываю со стола. Двигаться почти не могу, разве что ползти.
Дальше начинаются минуты кошмара, когда меня швыряют по комнате, словно куклу, нанося удары. Тяжело дыша останавливается, снова зажимает шею, из которой хлещет кровь.
Я уверена, что мне конец, он убьет меня. Я снова не справилась, подставила Галину. Её он точно в живых не оставит. Это последние мысли, чувствую, что сознание почти отключается.
– Артём! Артём! – прорывается сквозь шум ушах чей-то голос. – Здесь Рустам и он немедленно хочет говорить с тобой… Пожалуйста, остановись ты потом об этом пожалеешь.
Какой-то мужчина оттаскивает от меня Волкова. Тот все еще продолжает выкрикивать ругательства.
– Отведите ее в комнату! – рявкает мужчина. Меня подхватывают двое мужчин, и в этот момент я окончательно теряю сознание.
***
– Рита! Очнись же, дорогая! Нужен врач, вы что, не понимаете? – голос подруги доносится до меня словно сквозь вату.
– Я уже сказала вам, что это не в моей компетенции. Не представляю, что будет… ваша подруга безумна.
Кажется, второй голос принадлежит Марии.
– Я сделала все что могла. Вот медикаменты. Вот лед. Она в порядке.
– Только ее избили, как боксерскую грушу!
– Она ранила хозяина! Чудо, что он ее не убил. Вот, еще мазь от ушибов.
Пытаюсь разлепить налитые свинцовой тяжестью веки.
– Вы можете идти, Мария, дальше я сама, – торопливо произносит подруга.
– Она приходит в себя.
– Я поняла. Идите уже! Дайте ей прийти в себя!
– Как ты милая? – когда наконец удается открыть глаза, вижу над собой встревоженное лицо Гали.
– Нормально.
– Как же я испугалась! Это просто кошмар наяву, мы попали в дом к маньяку! Я все что угодно могла ожидать от вашего ужина, но не такого. Ты, конечно, даешь! Как смелости хватило, едва не зарезала его!
– Едва… Не смогла, – шепчу с отчаянием.
