Автор
В глубокой тьме ночи, приглушенные шаги становятся ужасным муравьем в ушах Марго, пока она сидит в камере надеясь не выдать себя. Её мысли путаются между решимостью и беспомощностью - каждый звук может быть сигналом смерти, но не плакать – это вечная ложь, которую она повторяет снова и снова, пытаясь оставаться живой хотя бы частью своей души....
Зачем я думаю об этом?
**
Спускаясь вниз по лестнице, слышу голос Валиева в вестибюле, он разговаривает по телефону. Увидев меня, бросает короткий равнодушный взгляд, продолжая разговор. Приходится идти медленно за ним по пятам. Далхан разговаривает на своем языке, так что мне ничего не понятно. Только чувствуется раздражение в его голосе. Явно беседа не из приятных…
Захожу следом в столовую, Карина сразу показывает мне куда сесть. Валиев уже сидит за столом, перед ним открытый ноутбук, мое же место на противоположном конце стола, там сервирован обед для меня.
"Наши глаза встречаются. Но не сказав ни слова Валиев снова увлекается чем-то в ноутбуке. В столовой воцаряется пронзительная тишина, нарушаемая лишь стуком клавиш.
Вдруг понимаю, что ненавижу этот стул, это мясо на тарелке, что у меня нет ни грамма аппетита.
Повозив вилкой несколько минут, отодвигаю тарелку и уже намереваюсь встать, как слышу приказ:
– Сядь. Доешь.
– Я не голодна, – отвечаю сквозь зубы.
– У тебя кости торчат. Еле на ногах держишься.
Бросаю на него гневный взгляд.
– Все о миссии на свадьбе беспокоишься? Уверяю, до нее я дотяну! А что будет потом – не все равно тебе? Кстати, ненавижу мясо!
Далхан игнорирует мои слова, смотрит холодно и равнодушно.
– Хочешь, чтобы я накормил тебя насильно?
Содрогнувшись от мысли, что он действительно выполнит эту угрозу, заставляю себя сесть за стол.
– Что ты такое несешь, дорогой? – Карина стоит, замерев на пороге. Похоже в шоке от нашей манеры общения. – Если девочка не любит мясо, рыбу принесу. Стейк из семги. Я мигом, деточка. Рыба с брокколи, очень полезно, – это уже едва удается разобрать, потому что бормочет под нос.
Карина возвращается и теперь мне ничего не остается, как постараться съесть все что она принесла.
– Теперь я всё-таки могу идти?
– Хорошо. Иди. И не трясись, сегодня спишь одна. У меня встреча в городе.
– Большое спасибо.
Хотела, чтобы прозвучало язвительно, а вышло жалко.
