Автор
В Мой простой курортной жизни продолжается история дамы в возрасте, которая теперь работает бара на популярном курорте. Ее аккуратные списки и строгие правила отмечены теперь не штрафами за непослушание, а подразумевают особые требования к цветочному декору — белые розы запрещены в этом сезоне....
Похоже, «Моя простая курортная жизнь. Том 2» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Окинув меня напоследок злобным взглядом, папа-дракон увез свою принцессу в ее темницу, и могу поспорить, он уже не раз пожалел, что не заплатил за парковку. А ведь, кроме давней вражды с моим отцом, у него не было поводов не любить лично меня. Нет, несколько позже повод у него появится, но на тот момент их не было. И почему он был таким нервным? Предчувствовал?
Ощущая, как на щеке все еще горит этот милый прощальный поцелуй, я направился к крыльцу. Мысли до сих пор бередил запах фисташек. От Даны все время пахло чем-то безумно вкусным: то карамелью, то шоколадом, то вот фисташками — из-за чего ее еще сильнее хотелось попробовать, съесть целиком как одну большую вкусняшку.
В гостиной ярко горел свет, а значит, моя красотка постарше уже вернулась домой от подружки. Поднимаясь по крыльцу, я уже настроился на очередной сеанс утешений с попкорном, сериальчиком и привалившимися ко мне роскошными прелестями — и кто знает, может, сегодня удастся зайти чуть дальше, чем в прошлый раз.
— Полинка, какая ж ты ответственная! — покачивая бокалом, протянула ее подружка.
У Полины были две лучшие подружки: Тамара, этакая деловитая супермамочка, которая мне нравились, и Оксана, крашеная блондинка и натуральная супершлюшка, которую я терпеть не мог.
— Ну закончилось все, так и отлично! — продолжала она, сверкая роскошными шарами, до предела растягивающими плотную вязку свитера. — Как там в песне? Сэнк ю некст!.. Пора тебе уже нового мужика искать.
Вот за подобные разговоры я ее терпеть и не мог. Появление этой девицы в нашем доме было предтечей нового захода Полины по клубам. Несмотря на шикарные формы гостьи и привлекательное личико, у меня не находилось приличных слов, чтобы ее описать. Лучшее, что приходило на ум, — членомагнит, причем такой мощности, что в Карпове, казалось, уже не осталось ни одного мужика, который не втянулся в нее хотя бы разок.
