Сообщество избранных неумеренно наслаждается шатенкой-оборотней в клубе после сумасшедшего дня. Её лицо кажется обычным хищником — высокие скулы, серебристые глаза и чувственный рот в плотно прилегающей майке. Но это не останавливает мужчину, который сразу же отворачивается, как будто увидел кошмар. Музыка громче всех прерывает его мучительное раздумье: зачем он здесь? Простой местный клуб кажется слишком обычным для таких встреч....
Ошеломительные новости.
— И все ради того, чтобы уничтожить меня?!
— Все ради того, чтобы женить лорда Вайре на нужной кандидатуре. Ты просто не понимаешь пока, насколько огромную роль в нашем обществе играет жрец Морраны
Иррган Шаэрти вздохнул, потирая виски, и я вдруг поняла, что император уже далеко не молод. Вернее, не так молод, как мне показалось в начале. Под глазами пролегли едва заметные тени, взгляд его сейчас, когда он не сверлит, не пытается подчинить и задавить — скорее уставший, чем грозный.
Но это минутная слабость.
Едва заметная морщина на лбу, сжатые в тонкую линию губы.
Сейчас он кажется почти живым, почти настоящим, без ореола грозной силы и безумной ошеломляющей красоты.
— Так расскажите мне, пожалуйста. Эти знания закрыты для людей. Вы не даете им даже возможности узнать вас чуточку лучше."
"— Узнать и нанести удар?
— Узнать и понять, — упрямо киваю своим мыслям, — потому что когда что-то понимаешь — этого уже не боишься. Или боишься не так сильно. И почти наверняка не можешь ненавидеть.
Содрогнулась, вспоминая сальный взгляд своего несостоявшегося начальника. Его налитые кровью глаза на аукционе, это липкое, мерзкое ощущение собственного бессилия.
— Маги уже не люди. Для них люди — пыль под ногами. Они относятся к нам хуже, чем вы.
— Ты не человек, — ленивое. Но смотрит он с интересом, которого не было в начале.
— Я считала им себя всю свою сознательную жизнь. Для меня почти ничего не изменилось, — усмехаюсь, — четыре лапы, хвост, усы… это ничего не значит. В душе я та же Майари, какой была. Миари ли, Вольфрам или Дарт.
— Ты просто пока не понимаешь той глубины пропасти, что лежит между нами, — на меня смотрели с жалостью, если владыка оборотней вообще на это способен.
— Какой же? — усмехнулась.
— Оборотни не люди и никогда ими не были. Зверь полностью меняет нас. Наше восприятие мира, наше ощущение других разумных.
— Но мы живем в гармонии с собой, своей магией и своим зверем. Ты ведь не встречалась с людьми после обращения, не общалась близко?
— Нет, — покачала головой.
