Сообщество избранных неумеренно наслаждается шатенкой-оборотней в клубе после сумасшедшего дня. Её лицо кажется обычным хищником — высокие скулы, серебристые глаза и чувственный рот в плотно прилегающей майке. Но это не останавливает мужчину, который сразу же отворачивается, как будто увидел кошмар. Музыка громче всех прерывает его мучительное раздумье: зачем он здесь? Простой местный клуб кажется слишком обычным для таких встреч....
— Щ-щенок! — первый, которого я окрестила Ястребом, зло рявкнул — и правда как будто заклекотал.
— Аро Нарт, советую быть более вежливым. Не забывайтесь, — Искар даже не дрогнул.
— Мы прибыли, чтобы забрать Миррима Вайре, — заговорила одна из двух присутствующих здесь женщин. Уже очевидно немолодая, но все ещё статная, высокая и гибкая с приятными чертами лица, которые портила брезгливая складка у губ.
Мир, стоявший за нашими спинами, прижался ко мне крепче. Что-что? Мальчик сказал “старая кошелка”? Растет!
— По какому праву? — хладнокровно мотал чужие нервы в клубок любезный дядюшка.
Я не услышала, что ему ответили — в этот момент мое внимание привлекла вторая дама.
Она держалась позади членов Совета. В добротном, но довольно скучном темно-сером платье с голубым кантом. В строгой шляпке-чепце, эдаком древнем монстре с лентами, который покрывал плотно голову. Она стояла тихо, едва не смотря перед собой. Но мое внимание все же за что-то зацепилось. Пытаясь понять, что же не так, сделала шажок влево.
Но моих ноздрей коснулся запах. Омерзительный, тошнотворно-приторный, с металлическим оттенком.
Запах знакомый в некоторой степени. Не мне — кошке. И пусть тогда она ещё, кажется, не успела проснуться, но… я ей верю. Что-то да отложилось. Как это работает у оборотней, ещё предстоит разобраться.
Стараясь не привлекать внимания, я дернула осторожно Марнуса за рукав.
А сама в это время снова и снова гладила звенящую от тревоги нить, которая связала мою душу с душой моего волко-кота. Эренрайте Вайре.
Мне почти показалось, что я даже услышала тихий отчаянный вой — как будто кто-то бежал со всех лап и понимал, что может опоздать.
"“Я тебя жду. Я всегда буду тебя ждать. И верить в тебя. Может быть, ты был не самым лучшим отцом. Может быть, ты совершил достаточно ошибок. Но ты никогда бы не пожертвовал ни ребенком, ни женщиной ради власти. Мы верим тебе. И мы тебя ждем…”
— Малышка, что? — ввинтился во всполошенные мысли голос Марнуса.
— Эта женщина. Можешь смеяться, можешь не верить, но я уверена, что это та самая Вероника Рагор. Моя кошка узнала её.
