Автор
В Лондоне в 1812 году, девственная Джулианна Хоторн смотрит на дом невероятной роскоши из кареты. Её первое впечатление о внушительном трехэтажном особняке остается неизменным: каменный фасад, зеленые поручни и ярко-жемчужное крыльцо превращают простой экипаж в произведение атмосферной роковой любви....
У нее в горле поднимался вопль и неудержимо рвался с губ.
«Еще, — думала она, закатывая глаза. — О, пожалуйста, еще!»
Божественно. Невероятно.
Чтобы описать то, что он с ней делал, остались только эти два слова, а тело было охвачено таким восторгом, что в нем растопились любые ее сомнения и попытки сдерживаться. Извиваясь под ним, Джулианна дала себе волю.
Пик восторга накрыл ее огромной темной волной, ударившей с ошеломляющей силой. Джулианна отдалась этой волне в надежде, что та принесет ее к берегу, но не успела перевести дух, как Рейф снова начал ее распалять, разжигая страсть в жаркий, лихорадочный, безумный костер.
Рейф подсунул руки ей под ягодицы, раздвинул ноги еще шире и продолжил свою чувственную пытку. Джулианна кончила еще дважды, причем во второй раз громко закричала. Задыхаясь, она пыталась прийти в себя — блаженство все еще не отпускало, внутренние мышцы сжимались и подергивались.
Он резко работал бедрами, лицо его напряглось, челюсти окаменели, зубы были крепко стиснуты — он не скрывал своего вожделения. И хотя Джулианна не сомневалась, что на большее ее не хватит, вскоре оказалось, что она ошибается. Она отвечала толчком на толчок и достигла пика на несколько мгновений раньше, чем содрогнулся в экстазе Рейф.
Совершенно обессилев, он рухнул рядом с ней на покрывало, крепко обнял ее и поцеловал.
Много позже Рейф приподнялся на локте и потянулся к часам, оставленным на прикроватном столике. Щелкнув золотой крышкой, он посмотрел на циферблат.
За его спиной приподнялась в кровати Джулианна, потягиваясь, как сытая кошка.
— Мне уже пора вставать?
Он захлопнул крышку и положил часы.
— Нет, у нас еще есть время. Если хочешь, можешь даже поспать.
Он понимал, что утомил ее такой энергичной любовью. Он и сам устал, потому что брал ее сегодня так необузданно, как будто это был их первый раз. Ему все время не хватало Джулианны, но каждая их новая встреча оказывалась лучше предыдущей.
Честно говоря, он рассчитывал, что к этому времени та первая, всепоглощающая вспышка вожделения, охватывающая его с каждой новой интрижкой, уже пройдет или хотя бы слегка поутихнет.
