Автор
Тыквой по тыкве – Держи, — шуршат чёрным пакетом Толя и протягивает тебе ярко-оранжевую тыкву. Гордо добавляет: — Сам вырастил! Ого! — восхищённо округляешь глаза к инвалидному креслу подопечного. Хочешь подарить мне это? Толя смотрит исподлобья, тыква на его колени опускается лёгкой обида....
Толя спит на диване, и я поправляю съехавшее на пол покрывало, а потом со вздохом оглядываюсь на лестницу. Надо бы проведать Марата, который два дня ухаживал за мной и готовил для ребёнка, но сил подняться на второй этаж нет.
А в груди разрастается тепло от восхищения молодым мужчиной, который справился со всем сам, без помощи. И губы растягиваются в улыбке. Ну как в такого не влюбиться? А плита и посуда? Вымыть недолго.
Плетусь обратно на кухню и натягиваю перчатки. Когда заканчиваю с посудой, раздаётся звонок в дверь.
— Как ты? Что случилось? Почему в перчатках?
— Отмываю дом, — улыбаюсь ей. — Марат, в духе неандертальца, за два дня умудрился превратить его в пещеру.
— Вижу, что с тобой всё в порядке, — иронично хмыкает она.
Мы идём на кухню, садимся за стол. Лола внимательно выслушивает мой рассказ и кивает:
— Про бабушку Жени мы знаем, декан рассказал. Думали, что ты присматриваешь за мальчиком, потому не приходишь на занятия.
— Всё позади, — успокаиваю её. — Это мне стыдно, не стоило тебя посреди ночи тревожить. Но я так перепугалась…
— Представляю, — она поднимается и обнимает меня. — Иди отдыхай, я тут домою.
— Нет, это ты возвращайся домой. Прости, что пришлось ко мне ехать…
В итоге мы вместе вымыли кухню, и Лола уехала на такси, когда уже начало рассветать. Я приготовила завтрак и разбудила Толю.
— Как ты? Сильно испугался, когда я потеряла сознание?
— Таня! — Губы его задрожали.
— А что случилось вчера?
— Марат не спустился и на звонки не отвечал, — он заплакал. — А я подняться не смог. Не знал, что делать!
— Не спустился? — вздрогнула я.
И почему не подумала, что Ахматгариев тоже мог заболеть?
Глава 27. Покорив вершину
Когда поднимаюсь на второй этаж, понимаю, что ощущают альпинисты на вершине Эвереста. На несколько минут останавливаюсь, тяжело дыша и стараясь прогнать чёрные мушки, летающие перед глазами, и лишь затем, держась за стену, направляюсь к маминой комнате.
Внутри тихо, Марат лежит в постели, слышно его мерное посапывание. Спит?"
"Подхожу к кровати и присаживаюсь рядом. Трогаю лоб мужчины. Вроде температура не сильно высокая, но могу обмануться. Градусник остался в моей комнате, и у меня нет сил идти за ним. Голова тянется к подушке, и я не могу сопротивляться.
Просыпаюсь, когда за окном уже вовсю светит солнце.
