Автор
Моя, твой, наши — три сестры, мирно существующие в доме, но каждый своим путём выбирая своё будущее, вот что расскажет эта книга. В жестоких словах мамы дочери и взрослой меланхolie отца слышится тонкий баланс между нежностью и упреком, где сила карающей руки мерцает светом любви....
Похоже, «Моя. Твой. Наши» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Лера
Сквозь сон я почувствовала, как маленькие ладони легли мне на щёчки, а в кончик носа последовал аккуратный поцелуй.
- Мамочка, просыпайся, я кушать хочу.
Ну, как тут сдержать улыбку?
- Сейчас, солнышко, иду, - я обняла дочку так, что она распласталась по мне, и хаотично расцеловала пухленькие мягкие щечки. – Немножко полежим, хорошо?
- Давай только минутку полюбимся, и всё. Мой животик уже бутербродиков хочет.
- А ты знала, что Даня специалист по бутербродам? – сонным голос спросил Никита, которого, видимо, разбудила наша болтовня.
- Даня? – села на мне дочка и навострила ушки.
- Да-да. У него получаются самые вкусные в мире бутерброды, - Никита тёр глаза кулаками и продолжал поддерживать легенду о кулинарных способностях брата. – Разбуди его и скажи, что хочешь самые вкусные в мире бутерброды.
- С колбасой?
- Ага.
- И с сыром?
- Разумеется.
- И с огурчиком?
- Естественно, - фыркнул Никита уверено. – Скажи ему, какой бутерброд хочешь, и он сразу тебе его сделает.
- Хорошо.
Алиса спрыгнула с постели.
Топот маленьких ножек резко оборвался, но на смену ему пришёл протяжный жалобный Данин стон:
- Моя печень!
- Я хочу самые вкусные в мире бутерброды, - потребовала Алиса, не позволив парню даже отдышаться.
- А я хочу, чтобы ты не прыгала по мне, малявка, - сонно бормотал Даня.
- Бутерброды! Бутерброды! – напевала Алиса, явно продолжая на нём прыгать.
- Да за что мне это? – Даня явно сдался.
"- Только с колбаской, с огурчиком, с сыром и…
- И побольше, - перебил её Даня и, судя по тому, как радостно взвизгнула моя дочь и закричала «высоко!», он взял её на руки или даже подкинул над собой.
- Так вот в чем вся прелесть наличия младшего брата в семье? Надо запомнить, – хохотнула я, чувствуя, как Никита тянется ко мне через Стасика, который, к слову, уже тоже не спал и в своё удовольствие пытался оторвать у Алисиной игрушки голову. Или глаз.
- Доброе утро, - пробормотал Никита сонно и прижался к моим губам своими.
- У меня во рту умер опоссум, - попыталась я отвернуться, смущаясь.
- А у меня два и оба сразу после встречи со скунсом.
Никита настойчиво тянулся ко мне губами, и я не устояла. Ну, что я, не человек, что ли? Кто может отказать себе в первых ласковых поцелуях.
- И тебя, конечно, - рассмеялась я, чувствую, как Стасик пытается нас разделить и переключить всё моё внимание исключительно на себя хорошенького. – Иди ко мне.
