Там ведь еще и оружие будет, и прочее снаряжение. Вас ведь не зря гоняли с пятидесятикилограммовым грузом. Унести вы, может, и больше сможете, только недалеко.
– А информация точная, насчет немецких складов? Я об объемах говорю.
– Наши ребята там потеряли целую группу, вернулись всего двое, они и доложили. Если бы их взяли возле складов, я бы даже не думал насчет всего этого. Но ребята попались уже позже, когда выходили. Узнать, где они были, невозможно, в плен никто не попал, следовательно, есть шанс. Мы должны использовать его, так как это всерьез поможет фронту. Понимаешь, какой уровень?
– Конечно, вопросов нет. Разрешите идти?
– Иди, а насчет взрывчатки я подумаю. Все же баулы большие выходят, да и раскидать вас может при выброске. Вдруг вообще не найдете мешки, что тогда?
– Нужно взять на себя детонаторы и подрывные машинки, а взрывчатку спускать отдельно, только так.
– И то велика вероятность того, что раскидает вас по округе. Будете целые сутки снарягу искать? Нет, ты был прав, я даже думать не буду над этим. Вылет у вас в два часа, в час зайди ко мне, дам последние вводные.
– Разрешите…
– Да иди уже, иди, и так времени на отдых не осталось, уже шесть вечера.
Я поглядел на стену, где висели красивые часы, явно старинные. Стрелки на них как раз находились строго вертикально. Закрыв за собой дверь, я выдохнул. Ни фига себе знакомство с главдиверсантом! Разговаривали как приятели, или он так со всеми смертничками? Как ни крути, но шансов выполнить задание, думаю, процентов тридцать, не больше.
Ребята ждали в казарме, сидя как на иголках. Молча переглянулись и разбежались по своим кроватям. Мой жест, показывающий, что нужно спать, понимали все."
"Надо рассказать, как нас стало шестеро. Вообще, Судоплатов не зря упоминал, что у нас у всех были свои «специальности». Меня, например, сделали хорошим стрелком-снайпером. Ваня, как всегда, при пулемете. На Егорке охрана, он, так сказать, рядовой боец. Правда, уточню, мы теперь не все просто красноармейцы с улицы. Егор и Ваня получили первое воинское звание в своей жизни, сержантами стали, новенькие остались красноармейцами. Да, а ведь не прав я. Первое-то звание – красноармеец. Это в сорок третьем будут рядовые, а пока красноармеец, или боец. Так вот Егор и еще один член нашей группы, Борис, были боевиками, автоматчиками. На них, можно сказать, охрана всех нас. Двое оставшихся – радист и подрывник. Нет, мы все можем и на ключе работать, и взорвать что угодно, но ребят конкретно затачивали под эти умения.
Даже есть сейчас не стал, хотя парни мне и оставили. Завалился спать, так лучше думается. Странно, но нет никакого страха. Чуйка тоже вроде помалкивает, ну и я не паниковал. Задача хоть и сложная, но выполнимая. Даже, я сказал бы, не на пределе возможностей.