Автор
В холодном ноябрьском окне Мокрое дело водяного — история о выборе между долгом и преступлением. Встреча на улице пробуждает подозрения в доверчивых соседях, открывая мир взгляда сомневающейся праведницы, которая задумывается над жалостью и ответственностью за свои решения....
Ни Светлана, ни Елена не идут за десертом.
– Терпеть не могу торты, – призналась Лена, – в особенности с кремом. Брр!
Сеня кивнул.
– На записи видно, как к невестке и ее сестре подходит Ольга Гавриловна, у нее в руке тарелка с десертом. Прямо скажем, кусок не маленький! Бисквит щедро резали! Мать именинника ставит угощение перед Леной.
– Точно, – подхватила я. – Видела, как старшая Мухина уговаривала Лену съесть торт.
– Некоторые люди не способны понять, что не все готовы поглощать комья теста с кремом! – в сердцах воскликнула Елена.
Лена закатила глаза.
Глава тридцать восьмая
– Я хотела как лучше, – протянула Ольга, – не знала о твоем отношении к сладкому.
– Вы не тронули бисквит, – уточнила я, – Света сестру выручила. Ольга Гавриловна, почему вы только Лене торт принесли?
– Так Светлана ела мороженое, – объяснила свекровь.
– Она могла потом и пять порций кремового безумия слопать, – скривилась Лена, – влегкую."
"– Тортом полакомилась не ты, а Света? – уточнила мать Федора.
– Да, – ответил вместо Лены Кузя, – на видео записано. Смотрите. Мухина-старшая отходит, Света отрезает от кусища половину, откладывает ее на пустую тарелку и начинает есть другую часть.
– Она его Ольге Гавриловне демонстрировала, – сказала я.
– Где Федор? – продолжал наш властелин компьютеров. – Он разговаривает в компании мужчин. Нины не видно. Вскоре уходит Екатерина, у девочки разваливалась высокая прическа, наверное, она пошла ее поправить. Елена и Света сидят за столом, о чем-то болтают. Лицо у Лены радостное, в нем нет и намека на плохое отношение к Светлане.
– Федор, о чем вы беседовали? – спросил Александр Михайлович.
