Автор
В холодном ноябрьском окне Мокрое дело водяного — история о выборе между долгом и преступлением. Встреча на улице пробуждает подозрения в доверчивых соседях, открывая мир взгляда сомневающейся праведницы, которая задумывается над жалостью и ответственностью за свои решения....
– Пошли, нам туда.
Все двинулись в нужном направлении.
– Хозяева из комнаты в комнату на скутерах катаются? – предположил Сеня. – Сколько тут метров?
– На первом уровне восемьсот, – пояснил Никита.
Собачкин остановился у одной двери.
– Вау! Красота! Створка-аквариум! Впервые такую вижу. И табличка: «Спальня водяного». Это что?
Никита тоже притормозил."
"– Водяной – домашнее прозвище хозяина. Не знаю, почему он его получил. Аквариумов в поместье много, самый большой в доме приемов, в центральном холле. Он там по всем стенам идет.
– Один раз на заре нашей дружбы я слышала, как Ольга окликнула сына: «Водяной!», – сказала я. – Очень удивилась, а она мне объяснила, что первый бизнес Федора – обслуживание аквариумов. Еще школьником он их чистил, менял рыб. Приятели знали, как Мухин зарабатывает, кто-то из друзей стал называть его Водяным. Ну и прозвище приклеилось. До сих пор так Ольга Гавриловна к сыну в приватной обстановке обращается, друзья детства-юности тоже. Федор собирает фигурки водяных и табличку повесил на двери своей спальни.
– Мокрое дело, которое ты до сих пор любишь, – это единственное мокрое дело, которое я приветствую. Мокрое дело водяного.
– Александр Михайлович мастер каламбуров, – не упустил возможности похвалить полковника Никита.
– Об этом скажешь ему лично при встрече, – сказала я. – Пошли в кабинет.
– И где скульптура? – удивился Никита, когда мы вошли в рабочую комнату Федора.
– Вопрос дня, – процедил Собачкин, – мне в мыслях рисовался рыцарь в доспехах, таких в замках ставят.
– Когда произносят: «скульптура», мне представляется античная статуя, – призналась я, – нечто вроде Венеры. Всю дорогу вспоминала, есть ли такая у Мухина в кабинете. Бываю здесь редко, вот и не помню. Но сейчас не вижу тут ничего похожего. Хотя в сообщении не указан размер статуи, возможно, она маленькая.
– На письменном столе бумаги, перекидной календарь, сто лет такого не видел, – перечислял Сеня, – стакан с ручками, компьютер, настольная лампа.
– Старинные, – добавила я, – громадные, почти до потолка. И та часть, в которой маятник, тоже здоровенная.
– Еще два кресла поменьше, – бубнил Сеня, – на стене сабли, кинжалы. Опасная коллекция.
– Ковер на полу, небольшой столик, – протянула я, – и книжные шкафы.
Сеня подошел к стене, которую занимала библиотека.
