Автор
Света теряла счет часам, словно моль на белой бумаге. Веселье и шум вокруг исчезли, оставив лишь тихий ритм работы операционного стола. Здесь каждый байт времени — это жизнь или смерть. Сюжет затянутый, как сама моль, заигрывающая вокруг кровавого коктейля, где победителем может стать даже случайный удар светом....
После того, что со мной сделали в том месте, я стал невероятно понятливым. Повторить подобный опыт мне бы очень не хотелось. И без того геморрой лечил целый месяц. О своем психологическом состоянии я старался вообще не думать.
31 декабря 1998
Этот урод снова явился. С тех пор, как мы определились с моей ролью, Виктор (так его звали), все свободное время проводил со мной. Иногда мне казалось, что он помешался на мне. Особенно отчетливо это просматривалось, когда дело доходило до постели. Он мог часами со мной играть, нашептывая отвратительные грязные словечки на ухо.
23 февраля 1999
Он явился отвратительно пьяный, в компании таких же поддатых друзей.
- Иди к папочке, маленький. Ну же, малыш… Давай, сделай мне хорошо.
Не знаю, почему, но в тот момент я воспротивился. Все во мне встало на дыбы от одной только идеи секса на глазах у посторонних людей. Я знал, что понесу наказание, но и добровольно согласиться на это не мог. Он разозлился. Очень… Ударил меня по лицу наотмашь, а потом последовал ад… Их трое, разгоряченных, не знающих ни в чем отказа мужиков, и я… Наверное, я сломался тогда. Потому что в один момент сдался и перестал бороться. Я не хотел боли. Лучше так… добровольно.
Именно тогда, перекрывая боль и все другие ощущения, во мне возникла новая сумасшедшая потребность – потребность мести.
2 июня 1999
Я больше не противился никому и ничему. Даже когда он стал подкладывать меня под своих дружков, с целью выведать какие-то секреты, или снять компромат. Я послушно делал то, что мне велели. Своим безупречным поведением я заслужил право выходить из дома. Недалеко – в сад, но даже эта уступка была поистине грандиозной.
3 мая 2000
Он опять трахал меня с дружками. Но в этот раз его жестокость была мне только на руку. За два года я сумел стать его наваждением. Он окончательно свихнулся на мне, а это давало неплохое преимущество. Я научился им манипулировать. Нечасто, иначе бы он все понял… И вот теперь, надув губы, я делал вид, что очень обижен.
