Автор
В этот утренний класс Лия не торопится входить. Кажется, даже вздохнуть тяжело. Один за другим мы прощаемся с друзьями, и все больше остро вспоминаются те невыносимые годы молчания. Только рядом стоит Кейси, стараясь не выдавать своего беспокойства, когда дверь открыта.
Это парень, с которым я пришел в ваш бар впервые, — Рози отводит взгляд, но я разворачиваю ее лицом к себе, грубо хватая за подбородок. Нет уж, хочу видеть все. — Знаешь, с каким упоением он рассказывал мне, как трахал тебя следующей ночью. Сразу после нашего свидания. Я проводил тебя домой, назначив следующую встречу, а ты через час прыгнула к нему в койку. И ты еще спрашиваешь, чем Мия лучше? Да всем!"
"Слезы катятся по лицу Роуз, и я брезгливо отпускаю ее, собираясь пройти мимо. Если она думает, что вызовет жалость этим потоком соленой воды, то очень ошибается.
Чувствую слабую хватку на своей руке и останавливаюсь, ожидая услышать очередную ложь.
— Это была ошибка, Дерек. Прости меня, — выдавливает Рози сквозь рыдания. Дергаю рукой, освобождаясь. — Я тебя…
— Хватит, — оборачиваюсь, стискивая зубы. Ненавижу признания как раз за то, что они все состоят изо лжи. Человеку лишь кажется, что он влюблен или заинтересован, но стоит появиться кому-то еще… Кому-то более симпатичному, богатому, перспективному, и всё рассыпается на мелкие песчинки.
Возвращаюсь в бар и забираю свои вещи. Каким-то чудом весь алкоголь, кажется, испарился. Голова ясная, но это лишь ухудшает положение. Что мне, черт возьми, делать теперь? Как найти Мию?
Отправляюсь домой пешком, попутно названивая ей на мобильник. Не берет. Не сказать, что это сильно удивляет. Мысли о том, чем она может заниматься сейчас, разрывают изнутри.
Придурок. Ругаю себя всеми словами, какие могу только вспомнить, но это никак не облегчает состояние. Вспоминая ее взгляд, полный презрения и разочарования, начинаю злиться и ненавидеть себя еще больше. Как же я так облажался? Мудак! Неужели нельзя было все держать под контролем?
Эта энергия, состоящая из ужасной безысходности и отчаяния, требует немедленного выхода, иначе я могу просто взорваться. Первый удар в стену здания не ощущается вообще, будто проходит сквозь нее.
Поэтому бью еще и еще, пока жжение и боль не становятся достаточно сильными, чтобы отвлечь. Но желаемое облегчение так и не приходит. Единственное, что может помочь — это увидеть ее. Узнать, что она в порядке.
Добираюсь до нашей многоэтажки и бегом поднимаюсь по лестнице. Только бы Мия уже была дома. Эта надежда — единственное, что заставляет передвигать ноги. Нужно попытаться все исправить. На этот раз без всяких игр. Хватит. Уже доигрались.
