Одиночество становится главным героем в этой книге. Из серии мрачных и тихих глав, каждое слово держит читателя на грани, неизвестно как это будет развиваться дальше. Атмосфера непредсказуема и глубоко проникающая в душу, оставляя после себя долгий след после прочтения....
И быстрого пояснения, что так случалось и раньше, и она не хочет расстраиваться раньше времени, что ей нужна хотя бы вера в то, что чудо случилось, поэтому она подождет хотя бы пару недель, а потом сделает тест.
Я просыпаюсь в пятницу в шесть утра не по будильнику: сегодня у меня день лени, и я собирался заняться делами и все-таки заставить Женю сделать тест. И, если все хорошо, поставить на учет в хорошую клинику. Я, блин, правда распланировал, как буду возить ее на осмотры во все назначенные врачом сроки, как на работе скажу мужикам, что стану папашей.
Видимо, вот так и приходит зрелость: «незаметно», в тридцать пять.
Но меня разбудил не чертов будильник, меня разбудили слезы. Я чутко сплю, а в Жениной студии вообще нет стен, только какие-то дурацкие перегородки, типа, в дизайнерском стиле. Выбираюсь из кровати, иду на звук.
Что произошло, догадаться на трудно: маленькая женщина сидит прямо на полу возле ванной с зажатыми в ладони несколькими «полосками» тестов.
— Эй, малыш…
Она вскидывается, пытается вытереть глаза зажатым в кулаке рукавом домашнего комбинезона, но мы пересекаемся взглядами — и она отпускает. Опускаюсь рядом на колени, притягиваю ее к себе и даю выплакаться. Может пять минут, может — час. Сколько ей нужно.
— Малыш, я никуда не денусь, — пытаюсь настроить ее на позитив. — Не у всех получается с первого раза.
Я реально не знаю, что говорить в таких случаях и, если честно, думал, что у нас все правда получится с первого раза.
Все, что я могу — переключить ее на что-то другое. Потому что, если не дам ей надежду, она просто утонет в самобичевании.
— Жень, по-моему, тебе пора подыскивать новую квартиру."
"— Что? — не понимает она, поднимая голову, послушно, как маленькая, давая вытереть ей слезы.
— Если меня твой мышиный писк разбудил, то ребенка точно будет тормошить.
Она немного прищуривается, как будто принимает мои слова за слуховые галлюцинации.
— Я и сама об этом думала, — шмыгая носом, подхватывает мою мысль спустя пару минут. — И еще хочу машину. «Кайен»
— У тебя нефиговые запросы, женщина, — присвистываю я.
Да хоть черта лысого, только пусть перестанет плакать.
Я не знаю, что чувствует женщина, которая хочет ребенка, но не может его получить.
