Генерал, спасший империю, превратился в угрозу и был заключён в тюрьму. Но когда появляется враг, против которого бессильны армии и машины войны, его освобождают. Теперь он должен выбрать: остаться в заточении или рискнуть всем ради свободы и своего прошлого.
Похоже, «Молот империи 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Значит, нас двое против троих. И на что они рассчитывают? Снаружи полтора десятка человек капитана, все с оружием, плюс боевая ригга.
И внутренний голос сразу напомнил: «Наёмники из столицы». А им можно верить? Не знаю. Но в ригге-то точно не предатели.
— Тогда представлюсь и я, — капитан откашлялся. — Я капитан Аллонзо Сильвестри, а это мой верный друг Джакомо! Познакомьтесь!
Он выхватил револьвер.
Бах! Бах! Капитан стрелял, ладонью отводя курок и отпуская.
Рыжий схватился за живот и со стоном начал оседать. Капитан нацелился на мужика со шрамом. Но стоящий слишком близко одноглазый подскочил к нему, вытаскивая нож из рукава. Капитан заорал от боли, когда клинок воткнулся ему в живот.
Мужик со шрамом полез за своим оружием. И выпучил глаза, когда увидел мои руки.
Мои татуировки светились.
Сверкающая цепь врезалась ему в морду, пробивая лицевую кость. Во все стороны брызнула кровь. Я развернулся и стегнул одноглазого прямо по голове. Слетела фуражка, волосы вспыхнули. Я размахнулся ещё раз.
Цепь свистнула и зазвенела, снеся ему половину черепа.
Умер рыжий. Я подбежал к капитану. Сильно ранен, сейчас умрёт, глаза уже затуманились. Что же он не предупредил-то? Выжил бы.
Я поднялся и взял трубку рации. Вот же придурки эти трое, напали под прицелом орудий большого шагохода? Да они смертники… или дело в другом?
— Ржавый! — захрипела рация. — Готово! Лючки срезали и взяли сосунков! Но один Даира подстрелил, а я его! Ржавый! Ответь!
— Там стреляли! — раздалось с улицы. — Внутрь, живо!
Свои или чужие? Чужие! Иначе эта троица не решилась бы атаковать нас, когда дом был окружён вооружёнными людьми.
Они все на одной стороне.
Я выскочил на улицу через окно, обмотав вокруг кулаков так и не убравшуюся на место цепь. Звенья обжигали кожу, но для меня ожога никогда не бывает.
Стоящий там человек в чёрной кожанке, один из наёмников, направил на меня револьвер. Я ударил его в морду, впечатывая светящиеся красным звенья. Хватило бы и одного такого удара, чтобы прикончить засранца, но я добил, чтобы наверняка.
Убрал цепь, потому что этот красный свет позволит им меня обнаружить в темноте. Теперь надо скрыться, пока не пристрелили.
Я схватил упавший на землю револьвер и сиганул в сухие сорняки, которыми заросло всё вокруг. Темно, без фонарей им меня найти будет сложно. Правда, у них они были.
— Ржавого убили! — раздалось мне вслед из окна. — Найти ублюдка, который это сделал!
Вокруг одни враги. Я оббежал дом, прикрываясь сорняками, и направился к другому.
