Я поднялся на ноги. Доски скрипнули, вниз посыпалась пыль. Старик и его охрана подняли голову.
Я подпрыгнул и силой ударил по гнилому дереву двумя ногами, чтобы провалиться вниз, прямо на Нага Клайдера.
Глава 19
Наверное, это было моим самым внезапным появлением за всю мою военную карьеру.
А ещё самым сумбурным."
"Я рухнул прямо на Нага Клайдера. На его лысую, покрытыми шрамами и старческими пятнами черепушку. Табуретка под дедом сломалась, и мы вместе упали на пол.
Сильно стукнулся башкой. Так, что посыпались искры из глаз.
Но это всё только начало.
Я вытянул левую руку. Красная цепь, тускло светя, опутала ноги стрелка с автоматом и сама дёрнула их.
Стрелок начал падать, а я тем временем стегнул второго, бородатого мужика с двустволкой. Конец цепи чиркнул по разломанному потолку и стене, оставляя глубокий след, и рубанул бойца так, будто я бил саблей.
Бородатый захрипел и отошёл, падая на стол со свечой. Гнилая столешница отломилась, свеча упала на пол. Мужик с автоматом застонал от боли, но всё же вскинул оружие.
Я размахнулся для удара и увидел чёрное дуло.
Выстрелить он не успел. Кто-то накинулся на него сверху. На лезвии занесённого ножа мелькнул красный отблеск. Потом удар.
С дыры на чердаке посыпалась пыль. Я поднялся и закашлялся.
— Что здесь творится? — в дом влетели двое.
Цепи вернулись на руки и крепко обвязали предплечья, но только для того, чтобы снова ударить.
Я метнул оружие Небожителя в вошедших. По одной цепи на каждого. Одному конец воткнулся глубоко в грудь, другому только расцарапал шею.
Сам кончик врезался и воткнулся в стену так сильно, будто там был наконечник копья.
Меня дёрнуло за руки, подтягивая следом за цепями. Я врезался в мужика, впечатал в его стену. А цепь, как дрессированная змея, обхватила его шею и сдавила. Запахло палёным.
Я развернулся. Должен быть ещё один, тот, который должен был драться на ножах с Яном.
Не успел, вот же зараза! Здоровенная туша лежала в углу, из-под неё торчали длинные ноги в брюках пилота и кожаные ботинки.
Я бросился туда и спихнул обмякшее тело.
Голова здоровяка с уродливым подбородком запрокинулась назад, брызнула горячая кровь. В горле торчал нож, всаженный по самую рукоятку.
— Живой? — спросил я у Яна, лежащего на полу.
— Пальцы порезал, — прошептал он и показал порезанную руку. — Жжётся. А где… вот же… это я сделал? Вот же я попал, о нет. Я же весь в крови. Вот же… я просто хотел…
Он смотрел на здоровяка, который начал дёргать ногами. Лишь бы Яна не начало тошнить.
