И кто это напал? Вряд ли пришли за мной, меня должны забыть за столько лет.
— Нет, пожалуйста! — послышался одинокий крик.
И сразу оглушительный выстрел, совсем рядом. Но один, значит, у палача нет компании. У меня будет чуть больше времени.
Я подошёл к кровати, набросал на неё книги и свернул одеяло так, чтобы со стороны казалось, будто лежу я сам. Теперь самое сложное. Но это у меня получится, новое тело помоложе и посильнее старого. Придурки из столицы сами себе удружили.
Подошёл к стене, забрался по холодным камням, едва торчащим из стены, и зацепился на ржавые и толстые водопроводные трубы, висящие под самым потолком.
Теперь подтянуть ноги. Ими я обхватил трубу.
Мои татуировки на предплечьях, изображающие цепи, начали нагреваться и едва заметно светиться. Отставить! Ваше время ещё не пришло! Они идут со мной с тела на тело. С тех пор как мне их вживили, они были в каждом моём теле в этой тюрьме.
— Нет, прошу вас!
Это голос молодого контрабандиста, который сидел через камеру от меня. Приятный в общении парень, который утверждал, что его подставили.
Выстрел. Увы, контрабандист не смог отомстить тем, кто его сюда засадил.
Я всё ещё висел на холодной трубе. Судя по скрипу креплений, держатся она только на честном слове. Не грохнуться бы раньше времени.
— Прошу вас! — раздался голос уже из соседней камеры.
Там сидел престарелый священник, который всё пытался откупиться от надзирателей.
— Я вам запла…
Выстрел, а следом было слышно, как тело завалилось на пол. Прощай, святой отец.
Мне нравилось общение с тобой в последние годы. Он был ещё молод, когда его прислали сюда. А я будто был здесь всегда.
Торопливые шаги приближались. Труба скрипела и оттягивалась вниз. Вот-вот она оторвётся.
Долбанная труба, держись! Ещё немного.
Вдали раздались сильные взрывы. Здание затряслось. Одно крепление трубы лопнуло, но остальные пока держали.
Это залпы из стомиллиметровых пушек, я их всегда узнаю. А за взрывами и стрельбой слышался звук мощных двигателей. Такие движки и пушки есть только у одного типа боевых машин.
Откуда здесь взялась боевая ригга? И они что, до сих пор на них воюют?
Замок двери щёлкнул. Надзиратель, мрачный бородатый мужик в чёрном костюме и фуражке нацелился из револьвера в мою кровать и выстрелил.
Едкий пороховой дым поднялся к потолку. Надзиратель, продолжая целиться, шагнул к моей кровати и оказался прямо подо мной.
Я рухнул на него сверху, сбив с ног. Его башка ударила мне в живот. Сбитая фуражка покатилась по полу.
