— Ты ещё не понял, внук генерала? Старик не просто так выбрал именно тебя!
— Я знаю, — я скрестил руки. — А ты знаешь обо мне далеко не всё.
— Знаю главное. Он выбрал тебя, потому что все решат, что это именно ты наследник, а не я, — Катерина засмеялась громче. — Больше похож на Громовых, мужчина, с военным опытом. А я какая-то никому незнакомая девочка из забытого рода. Охотиться будут за тобой, так что это тебе надо сбегать, а не мне.
— Вот как, — я смотрел в её серые глаза. — Ну, я знал, что в деле есть подвох.
Но, во-первых, это ничего не меняет, а во-вторых, ты вполне можешь мне наврать. Короче, когда ты займёшь своё место, то…
Я огляделся. Мы стояли рядом с рестораном. У входа, под навесом, собрались те, кому не хватило место и денег, чтобы сидеть внутри, но мокнуть не хотелось. Не самая подходящая публика для того, чтобы слышать наш разговор.
— Давай сделаем так, — сказал я тише. — Тебе осталось ждать недолго, старик скоро помрёт, а я своё условие выполню. А что будет потом — дело твоё. Хочешь сбегай, хочешь нет.
Мне главное, чтобы…
— Вы слышите? — раздался громкий голос позади.
Парень в много раз зашитой куртке, которого я сегодня видел на пристани, вышел под дождь и посмотрел в небо.
— Обстрел! — вдруг крикнул он. — Нас обстреливают!
— Да чего ты несёшь? — рыжий офицер, который только что вышел из ресторана, засмеялся противным смехом. — Какой обстрел. Напился, что ли?
— Да вы разве не слышите?
А я слышал. И даже шум дождя и рёв работающих двигателей ригги не мог заглушить свист снарядов из осадной мортиры ОМР-22.
У неё слишком крутая траектория выстрела, и слишком высоко она подбрасывает снаряды. Свист очень характерный.
Но когда упадут…
— ВСЕ В УКРЫТИЕ! — взревел я давно забытым командирским голосом и грубо сгрёб в охапку Катерину, пока опять не сбежала. — В УКРЫТИЕ!
Все вокруг замерли. Но свист приближающегося крупнокалиберного снаряда теперь невозможно было не слышать.
Глава 5
Я вместе с Катериной Громовой упал в канаву, в которую стекала дождевая вода.
— Ты что делаешь? — спросила она, пытаясь вырваться.
— Лежи и не дёргайся! — крикнул я, прижимая девушку, чтобы она не вскочила. — Уши прикрой!
Свист стал невыносим. Сейчас здесь будет жарко.
Первый!
Взрыв был где-то неподалёку. В уши будто воткнули иглы до самого мозга. В них зазвенело. Ёкнуло где-то в груди. Земля содрогнулась, а сверху нас закидало целыми комьями песка, грязи и камней.
Громова начала биться сильнее.
— Не вставай! — я удержал её.
