Чтобы среди Нерских стрелков зрел заговор? Куда покатился этот мир без меня?
И сразу возник другой вопрос — что делать с телом? Жить тут неделю, пока из столицы не приедет инспектор, чтобы начать расследование? И сразу спросит мотив — почему убийца хотел её убить?
Не, не нравится мне это. Тут уж будет не до охраны. Да и место это небезопасное. Надо его вытащить и спрятать.
— Надо его вытащить, — раздался голос Катерины, уже более уверенный. — Если хозяин гостиницы увидит, вызовет дозор. К нам будут вопросы, которых желательно избежать.
И мы тут задержимся. А здесь небезопасно.
— Да ты прям мои мысли читаешь. Подожди здесь. Я осмотрюсь.
— С ним?
— Да. Ничего он тебе уже не сделает.
Я выглянул в коридор, но потасовка никого не разбудила. Потом спустился на первый этаж. Хозяин спал, положив голову на стол. Вряд ли бы так вёл себя сообщник. Скорее всего, убийца стащил у него ключи.
На кухне света нет, жена хозяина наверняка уже спит. У них комнатка внизу, недалеко от кухни.
Я вернулся на второй этаж.
Громова стояла у двери, держа в руке амулет. Я быстро глянул в соседние комнаты. Занято только две комнаты, обе запертых. Водитель, похоже, спит в машине, чтобы её не украли.
— Как он тебя вычислил? — спросил я. — Следил? Не думаю.
— Свет, — Громова поёжилась. — Я не выключаю свет на ночь. Увидел в окно.
Тут гвардейцы могли знать привычки дочери императора, хотя бы понаслышке.
Я подошёл к телу и закинул его на плечо. Вроде и худой, но какой же тяжёлый.
— Посветишь, — сказал я, зовя его за собой.
— Я? С чего это?
— Или возьму твой амулет, и сиди тогда в темноте.
Больше она не спорила. Бросили его в лесу, чуть подальше от гостиницы. Хорошо ещё, что я сломал ему шею, крови там нет. Найдут, так найдут, мы уже будет далеко. Где-то, скорее всего, спрятана мотоповозка, на которой прибыл гвардеец, но её искать по ночи я не собирался.
— Верни, — я протянул руку за амулетом, когда мы вернулись.
— Я не могу спать в темноте, — ответила Катерина.
— Возьмёшь лампу из моей комнаты.
И подушку тоже, не могу на ней спать. Слишком она мягкая. А амулет отдай.
Больше никаких покушений не было. Я не стал спать, высплюсь по дороге. Утром хозяин ходил и искал ключи, но между делом принёс нам завтрак — жареные тосты, овсяную кашу на молоке и омлет.
— Ночью что-то упало, — тихо сказал Ян. — Будто дрался кто-то. Потом прислушался, ничего. Почудилось, может?
— Ночью спать надо, — заметил Марк, поедая кашу.
— Если бы мог заснуть.
