В эпицентре битвы ставки — ударная группа Дома Варга прибывает с севера, усиленная Исполином. Неожиданный визг радиоканала и странные звуки заставляют понять: они уже заметили нашу позицию. Стратегическая важность этого момента неоценима, держаться за выжимку в битве или уступить контроль над империей?...
Похоже, «Молот империи 5» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Дмитрий Бокан, — я рассмотрел снимок внимательнее. — Выглядят приятелями с твоим отцом. И очень уж… похожими.
Я положил снимок на тумбочку и взял другой. На втором снимке опять тот светловолосый парень из Громовых, который держал на руках разревевшуюся девочку в летнем платьице. Судя по виду, она горюет из-за мороженого, которое лежало на земле.
— А это я, — Громова чуть фыркнула. — Мороженое я уронила, но вот про снимок не помню.
Третий снимок — семейный, но здесь предки. Редкое фото пожилого Павла Громова, окружённого детьми и внуками, рядом с женой, которая, как я помню, была из Рэгвардов.
Среди детей очень высокий подросток. Это Валерий, внук Павла, и будущий император. Это его я тогда приказал повесить.
Тут же родственники из Климовых и уже созданной династии Варга, куча людей.
Ладно, снимки разглядывать интересно, но мы тут не для этого.
— Есть идеи, что мы можем тут найти? — спросил я.
— Ох, откуда? — Громова вздохнула. — Но у папы была тетрадка с кожаной обложкой, он постоянно что-то туда писал.
Я посмотрел на стол. Куча пыли, смятые бумаги, старинные пожелтевшие газеты. Заголовок одной из них гласил, что погиб второй сын императора Игоря Громова.
На другой, более ранней, отмечали десятилетие с окончания войны между великими домами, когда семьи Варга и Сантек примирились. На историческом снимке молодой отец Янека и ещё более молодой Лукас Сантек, почти мальчишка, пожимающие друг другу руки.
Мы начали открывать ящички стола. Внутри старая пачка сигарет марки «Императорские», куча коробков спичек, карандашей, складных ножиков.
— Ничего, — Катерина полистала их, потом взяла один ножик с белой рукояткой. — А этот я помню, он им точил карандаши.
Она вздохнула, и я тоже заметил странное свечение внутри стола. Извлёк все ящички. Там, дальше, скрытое отделение, за которым был какой-то источник света.
— Дай-ка мне ножик, — я встал на колени и вытянулся туда.
Открыл скрипучее лезвие и подцепил им фанерку. Стало светлее. Внутри отсека стояла очень тусклая свеча духа, до сих пор горевшая, рядом лежало несколько пустых.
И там же очень толстая тетрадка. Это что, надо её читать? Огонёк свечи потянулся к нам. Хорошо, что это не обычный огонь, и он ничего не сжёг.
— Можно мне? — Катерина протянула руку за свечой.
Я взял тёплую и гладкую каменную свечку и отдал ей.
