Автор
Девушка стояла на мокрой траве, джинсы пропитались водой, кроссовки стали непрочными от влаги. Она была здесь не из-за природы, а по собственной инициативе — смотрела за тем, чтобы ее заметили. Вокруг ей было полное молчание, лишь капли дождя отзывались на тихий свист ветра....
Резкий толчок, мужчина с силой прижимает Аню к стене, руки шарят по всему телу. Артем стягивает с нее джинсовку, тут же футболку, расстегивает бюстгальтер, все вещи летят им под ноги. Горячие губы обжигают грудь поцелуями, там же, на полу остаются кроссовки и джинсы. Вокруг темно и очень жарко, Аня чувствует под руками обнаженную грудь Артема, он такой сильный, под кожей напряжена каждая мышца.
— Артем, постой.
Упирается в него руками, но мужчина успевает подхватить ее под ягодицы, девушке ничего не остается, как обхватить его талию ногами.
— Ты словно безумный, господи, Артем.
Аня сама гладит его по плечам, чуть царапая кожу.
— Артем, Артем, — они продолжают целоваться, девушка говорит прямо в губы.
«Ну, что, коша»
— Может, я не вовремя."
"«Конечно, не вовремя, кошка. Мы в пустой квартире, ты совершенно голая, на мне. Еще немного, и я кончу себе в штаны»
— Мы совершенно никак не предохраняемся. У меня, конечно, стоит спираль, но она не дает стопроцентной гарантии.
Артем останавливается.
— Ты понимаешь, что от этого могут быть дети?
«Дети? Я не думал о детях»
Но его замешательство длиться считанные секунды. Он снова накрывает ее губы своими, ласкает уже в совершенно запрещенных местах, проводя пальцами по уже мокрым складочкам между ног.
«Хочу детей. Решено! Хочу детей»
Артема словно подтолкнуло что-то изнутри. Осознание того, что у него тоже может быть все, как у людей. Семья, дети, любимая женщина. То, что он раньше воспринимал как формальность и некую обязанность.
Двигается резко.
Жестко.
— Артем…черт…ты безумный.
Перехватывает девушку удобнее, держа под ягодицы, двигается навстречу, прижимая к стене, тяжело дышит. Аня впивается в его губы, кусая, засасывая их, сжимая кожу на шее.
— Еще… да…. Артем…. еще… сильнее…боже мой.
«Бля, кошка, замолчи, с ума меня сводишь»
По его спине бежит пот, резкие толчки, он так сильно растягивает ее лоно, так невыносимо больно и сладко.
Толчок.
Еще.
Еще.
Аня срывается первая, огненный шар разрывается, горячая огненная лава обжигает все тело. Она кончает, сокращается мышцами влагалища на члене Артема. Кричит в шею, чувствует, как Артем пульсирует у нее внутри, как часто дышит, как судорожно делает несколько последних толчков и замирает.
