Герой, пережив предательство и потерю близких, восстанавливает свой род и укрепляет власть. Его дружина растет, имение возвращает былое величие, а сам он неуклонно идет к могуществу Стража. Впереди новые испытания и битвы за справедливость в мире, где интриги смертельны.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Молот Пограничья. Книга II»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Герой, пережив предательство и потерю близких, восстанавливает свой род и укрепляет власть. Его дружина растет, имение возвращает былое величие, а сам он неуклонно идет к могуществу Стража. Впереди новые испытания и битвы за справедливость в мире, где интриги смертельны.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой, пережив предательство и потерю близких, восстанавливает свой род и укрепляет власть. Его дружина растет, имение возвращает былое величие, а сам он неуклонно идет к могуществу Стража. Впереди новые испытания и битвы за справедливость в мире, где интриги смертельны.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Молот Пограничья. Книга II» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Или тебя маны лишить?
Жив-камень отозвался, выдав несколько сердитых искорок. Слова он, конечно же, не понимал, но уловить настрой вполне мог — и тут же принялся огрызаться, будто я и правда собрался перекрыть ему поток энергии.
К которой алтарь, похоже, уже успел привыкнуть. И раз за разом перетягивал большую ее часть на себя, хоть я и перераспределял расход вручную каждые несколько дней. Своенравный кристалл явно считал, что у нас нет задачи важнее, чем вернуть ему силу и нормальный вид — и бессовестно пожирал ману, залечивая искалеченную полторы сотни лет назад поверхность.
Получалось неплохо. За месяц трещина стала примерно вдвое меньше и уже почти не «подтекала», сливая энергию в никуда, но и цена оказалась изрядной: контур будто бы нарочно выпихивал меня, норовя втянуть в алтарь побольше силы от первородного пламени в кузне, а стоило оставить его на пару дней, как начинали страдать и охранные чары, которым и так приходилось несладко.
Слишком много времени прошло с того дня, как отец покинул Гром-камень, чтобы больше уже не вернуться. Бабушка с Полиной и Катей старались, как могли, но этого было недостаточно. Лишившись настоящего хозяина, родовая магия понемногу хирела, и в конце концов от нее остались одни воспоминания.
Но и они кое-чего стоили. Здесь, в подземелье отпечатки былой силы продолжали жить там, где их не могли видеть ни простые смертные, ни даже Одаренные. Однако я понемногу научился находить следы оставленных предками чар, и они понемногу обретали новое воплощение.
Пусть не такое могучее и изящное, как сто лет назад — на это пока не хватало ни умений, ни маны — но все же живое. Первородное пламя щедро делилось своей мощью, и охранные чары буквально восставали из пепла времен, повинуясь воле законного наследника рода Костровых.
Моей воле.
— Давай, — прошептал я одними губами, мысленно потянувшись Основой к жив-камню. — Покажи, что у тебя есть.
На этот раз алтарь решил обойтись без привычного полета над крышей господского дома и сразу перенес меня к подножью холма. Только что я стоял в темном подвале — и вдруг появился прямо посреди леса чуть в стороне от дороги, ведущей от Гром-камня в Отрадное.
Магия звала меня, но пока я лишь бестолково крутил… ну, допустим, головой по сторонам, безуспешно пытаясь понять, почему оказался именно здесь, а не у границы вотчины. Или не у Великанова моста, не у развилки грунтовки, не у старого храма в Отрадном, не у поворота на трассу…
И только когда я догадался заглянуть чуть глубже, бытие, наконец, расступилось, и пропустило меня туда, где еще виднелись следы чар, оставленных здесь то ли отцом, то ли дедом, то ли кем-то еще раньше — в те времена, когда Гром-камень еще окружали крепкие стены из острых деревянных кольев.
