Бастард, в теле которого возродился древний Страж, получает второй шанс на жизнь. Найдя семью и дом у границы Тайги, он должен защищать свой край от опасностей, которые таит мистический лес, где звери обладают силой стихий. История о возрождении, долге и борьбе за выживание на краю двух миров.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Молот Пограничья»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Бастард, в теле которого возродился древний Страж, получает второй шанс на жизнь. Найдя семью и дом у границы Тайги, он должен защищать свой край от опасностей, которые таит мистический лес, где звери обладают силой стихий. История о возрождении, долге и борьбе за выживание на краю двух миров.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Бастард, в теле которого возродился древний Страж, получает второй шанс на жизнь. Найдя семью и дом у границы Тайги, он должен защищать свой край от опасностей, которые таит мистический лес, где звери обладают силой стихий. История о возрождении, долге и борьбе за выживание на краю двух миров.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Молот Пограничья» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Впрочем, вряд ли Зубовы рассчитывали только на Орлова, который оказался на удивление упрямым и дотошным и, насколько мне было известно, не поленился допросить всех свидетелей до единого. Но пока следствие шло своим чередом, к суду готовились и с другой стороны: слухи о богатых подарках, которые не так давно получили градоначальник Орешка и старшие из местных чинов, доходили даже до Отрадного. Его сиятельство Николай Платонович и раньше не брезговал подкупом, но теперь будто и вовсе перестал стесняться.
Скорее наоборот — все больше выпячивал собственное богатство."
"И силу — судя по тому, сколько машин приехало из Гатчины, Елизаветино и Извары. Я насчитал полдюжины здоровенных внедорожников и еще два господских автомобиля. Один уже знакомый мне, из которого как раз без спешки выбирался младший Зубов, и второй — черный, блестящий хромом и свежей краской. Не такой огромный, как лимузин Белозерского, стоявший неподалеку, но тоже весьма внушительный.
— Платон Николаевич. — Дядя проводил взглядом мужчину лет сорока, неторопливо шагавшего к ратуше в сопровождении чуть ли не десятка дружинников. — Старший сын, наследник… А самого батюшку что-то не видать.
Я успел посмотреть лишь мельком, но заметил, что никакого сходства между двумя братьями — если не считать белобрысой макушки — не было и в помине: младший Зубов сложением и чертами лица напоминал то ли какое-то насекомое, то ли тростник, в то время как старший брат скорее походил на пень — невысокий, но плотный, кряжистый.
Впрочем, я с куда большим интересом сейчас посмотрел бы на их родителя. Однако Николай Платонович не спешил появиться… если вообще собирался.
— Ладно, пойдем. — Дядя хлопнул меня по плечу. — Перед смертью не надышишься.
А подышать хотелось — судя по количеству автомобилей вокруг, в ратушу народ набивался битком. И пусть излишне любопытных отгоняли урядники, одних только чиновников, знатных горожан и князей с дружинами было столько, что у входа они разве что не расталкивали друг друга плечами. В последний раз суд с участием титулованных аристократов в Орешке случился лет этак восемь назад, и местная публика явно истосковалась по развлечениям.
И чем больше я смотрел по сторонам, тем больше убеждался, что законность грядущего мероприятия здесь интересует разве что Орлова. Столичный сыскарь сложил руки на груди и подпирал спиной стену слева от входа в зал, попутно разглядывая ходящих туда-сюда князей, баронов, купцов, чиновников и еще Хаос знает кого. Женщин было совсем немного, и благородные господа беспрепятственно мерялись родовым оружием, машинами и мощью дружин. Даже князья с крохотными вотчинами к западу от Новгорода заявились с такой гвардией, словно собирались на войну.
